А дальше? Бросить учёбу, только чтобы не говорить с Артёмом? Для того, чтобы не умирать каждый раз, как увижу его? Не сгорать в агонии от невозможности коснуться?
Если я скажу правду, то он не отпустит. Знаю, что не даст уйти. Он обещал. И сдержит данное слово. А я не смогу его оставить.
И что потом? Убить папу? Или выйти замуж за Кира и вечно мучать и себя, и Тёму? Что мне делать?
Уж лучше пускай ненавидит меня. Я не стану отвечать на звонки. Не буду читать SMS. А потом… Потом, в понедельник, приеду на учёбу и разобью сразу два сердца.
Так будет лучше. Так правильно.
Весь оставшийся вечер и часть ночи сижу на подоконнике у раскрытого окна под дождём и ветром. С волос капает вода. Щёки стянуло от соли. Халат промок насквозь и тяжело давит на плечи.
А может это чувство вины?
Меня ощутимо колотит, но я продолжаю сидеть в надежде, что умру от пневмонии или другой страшной болезни, вызванной переохлаждением. Пальцы скрючивает от холода. Вся кожа покрывается неприятными мурашками. Зубы бесконечно стучат, но я не замечаю этого.
Не снаружи холодно. Внутри.
По дороге проезжает очередная машина, но я даже не стараюсь рассмотреть её. Глаза заволокло туманом.
Как жить со всем этим? Как справиться?
— Настя! — раздаётся снизу родной до дрожи голос, и всё тело прошибает током, когда опускаю взгляд и вижу силуэт Артёма, расплывающийся в пелене дождя и неровного света.
Даже не пытаюсь ничего сказать или сделать. Сижу и поедаю его глазами. Просто смотрю на самого близкого и любимого человека в своей жизни.
Который скоро исчезнет из неё навсегда.
— Возьми трубку, Настя! — кричит Север, маяча телефоном. — Поговори со мной, малыш! Что случилось?! Что происходит?!
Его голос смазывается за шумом разбивающихся капель, но я слышу каждое слово. Позволяю себе всего один натужный вдох. Один тяжёлый взгляд. Один тихий всхлип. Впитываю его образ. А потом спрыгиваю с подоконника и закрываю окно.
Потому что так, сука, правильно!
Глава 27
От меня оторвали половину души. Никогда больше я не стану целой.
Надежда, что утром станет легче, разбивается, едва первые лучи солнца пробираются в комнату. Я так и не смогла уснуть. Да, впрочем, и не пыталась. После того, как Артём приехал ко мне, а я захлопнула перед ним ""дверь"", у меня случилась очередная истерика. Я рыдала всю ночь под бесконечное жужжание телефона.
Северов звонил мне без конца, пока мой гаджет не разрядился.
Как только крики и слёзы закончились, в груди воцарилась пустота. Принимаю её.
