Или ты думаешь, что я три дня от спермотоксикоза загибаюсь, а сейчас ебать другую побегу? У меня, сука, стояк теперь на тебя только.
Выдёргивает лицо.
Не отпускаю. Фиксирую крепче.
Закрывает глаза. Дышит через раз. Трясётся сильнее прежнего.
Замечаю влагу на ресницах, ослабляю захват и прижимаю к груди. Глажу по спине со всей, сука, доступной мне нежностью.
Я люблю тебя, девочка моя. Люблю, маленькая. Люблю тебя! — транслирую слова в её макушку. Передаю через прикосновения. Заряжаю со своими рваными выдохами.
Но вслух так и не произношу. Какого хуя это так сложно?
— Правда? — сипит в шею.
— Конечно, блядь, правда. Нет других! Только ты! Что тебе здесь не понятно?! Только ты и никого больше! Смирись уже с этим, глупая! — режу на повышенных возникшую между нами паузу.
— Артём! — обхватывает руками за плечи и обжигает сорвавшимся дыханием подбородок. — Я дура, да? Не отвечай! Знаю, что дура. Просто я так боюсь, что всё это окажется не по-настоящему.
— Всё, блядь, по-настоящему. Привыкай уже, Настя!
Едва оказавшись на улице, подставляю разгорячённую рожу прохладному ветру.
Походу на дождь нагоняет.
Достаю из пачки сигарету и закуриваю. Тяну кислород вместе с никотином. До сих пор нехило так колошматит после ведьминых слов. Сам бы не услышал — никому не поверил. Как ей вообще в голову прийти могло, что я после всего, что у нас с ней было, могу притащить её к себе и пойти трахать других?! Точно ненормальная! Но моя же.
Выдёргиваю с задней сидушки телефон для Мироновой.
Совсем о нём забыл со всеми этими движухами. Возвращаться не спешу.
Как представлю, что моя девочка абсолютно голая в моей ванной, так с трудом сдерживаюсь, чтобы не забуриться к ней. Прикрываю веки, делая очередную затяжку, и вижу, как капли воды стекают по её телу, скользят по груди, сползают между ног.
Член принимает боевую стойку.
Да заебал уже!
Ещё какое-то время торчу под подъездом, таская тягу за тягой. Жду, пока моя девочка выйдет из душа. Если вернусь раньше, за себя не ручаюсь.
Ещё вся ночь впереди.
Даю себе слово, что не прикоснусь к малышке, чтобы хоть немного отдохнула. Даю, и сам не верю. Охереть! И как я пытаюсь убедить её доверять мне, если у самого не выходит?
В квартиру вхожу бесшумно, прислушиваясь к звукам внутри. Тишина. Подхожу к ванной, но шума воды не слышно. Выдыхаю и иду дальше. Заглядываю в спальню. Насти нигде нет. Сразу какая-то паника накатывает. Неужели ушла? Я же под падиком тёрся, точно бы заметил.
