Быков заметно от них отставал. Видно было, что пришел он в «большой спорт» недавно. Интересно, что его сподвигло заняться «на старости лет» боксом?
Насколько я его помню, он никогда этим не горел. Максимум в волейбол рубился на физре. А тут в секцию пришел с малолетками (средний возраст боксеров был лет двенадцать-четрынадцать).
Бык всегда считал себя самым сильным человеком в школе и говорил, что спорт нужен слабакам. Очевидно, что-то или кто-то изменил его мнение.
Тренер тоже иногда бросал в мою сторону любопытствующие взгляды.
Он с удивлением обнаружил, что техника приседа и становой у меня поставлена, как надо. Я поднимал и опускал штангу без перекосов коленей с соблюдением углов и с прогнутой в пояснице спиной.
Веса конечно я поднимал не бог весть какие, но для своего возраста и массы сойдет. К сегодняшнему дню я уже немного заставил тело встрепенуться и мышцы заработать. Отжимания и упражнения на турнике сделали свое дело.
— Не хочешь в ринге попробовать? — неожиданно окрикнул меня Саныч.
— Тебе сколь лет?
— Семнадцать, — ответил я.
— Ну вот, еще год можешь заниматься в ДЮСШа.
— Я на завод хочу устроиться, — замотал я головой, — боюсь времени не будет.
— Ты еще устройся сначала, — поморщился Саныч. — Иди против новичка побоксируй.
Тренер швырнул мне потертые перчатки. Я поймал их на лету. Старая кожа пахла мускусом и затхлостью.
Я пролез под канатами и очутился на ринге. Моим новичком-соперником оказался Быков. Других новичков у Саныча не оказалось. Бык не особо обрадовался предстоящему поединку.
В его памяти еще свежи были воспоминания о позорном поражении за зданием школы. Он тер перчаткой нос, морщился и громко сопел, но тренеру возражать не стал.
— Готовы? — Саныч повертел головой, посмотрев на нас по очереди. — Давайте без фанатизма. В полсилы. Бокс!
Я встал в стойку и прикрыл челюсть перчаткой, готовый принять атаку. Но к моему удивлению бык не попер на меня, как в прошлый раз. Он понял, что тактика «бешенный бульдозер» со мной не прокатит. Он пыхтел и крутился возле меня, как медведь возле улья.
И хочется и колется. Иногда бык выбрасывал длинные ручищи вперед, в надежде достать меня.
Но было видно, когда и какой рукой он ударит. Перед каждым ударом он делал небольшой шажок. Я без труда уходил от его выпадов и в скоре перешел в наступление. Не слишком усердствуя, накидал ему несколько плюх в голову и в живот. Быков пыхтел, потел, но держался.
Помня о просьбе тренера, я не пытался довести дело до нокаута.
