Задает ей такие вопросы, которые сам не может решить. Не по рангу ведешь себя, товарищ майор. Наверняка всю жизнь в клерках просидел и пороха не нюхал По партийной линии в милицию попал и продвинулся через работу инспектора кадров.
Но не зря он Наташу позвал, та оказалась сообразительной:"
"— Василь Василич, давайте мы его оформим слесарем КИПиА. Будет числиться на внебюджетном участке связи УВД, а приказом мы его прикомандируем к ЭКО (экспертно-криминалистический отдел).
— Гениально, Наташенька. Только там же разряд положен?
— Второй или третий разряд, — кивнула сообразительная кадровичка, — не слишком большой, после десяти классов с натяжкой можем присвоить.
— Отлично, — Криволапов потирал руки, — а если проверка какая будет, отбрехаемся, скажем по ошибке присвоили, снимем разряд, из зарплаты вычтем перерасход. Проверка уедет, потом обратно все вернем. Оформляй этого архаровца.
Наташа взяла мой паспорт:
— Василь Василич, так ему еще семнадцать! Восемнадцать только через три дня исполнится!
— Оформляй, Наташа, — поморщился майор.
— Пока приказ, пока то-сё… Да и должность невеликая. Проскочим.
— Хорошо, — Наташа вышла, а кадровик снова на меня набычился:
— Видишь, сколько ты нам проблем доставляешь, Петров. Нам из-за тебя на нарушения идти приходится.
— Должность слесаря — это не совсем то, о чем я мечтал, — со скрытой иронией проговорил я.
— Уйди с глаз моих, будешь выпендриваться вообще на работу не возьму.
— Есть, уйти с глаз! — бодренько крикнул я, еле сдерживая усмешку. — Разрешите идти оформляться?
— Иди, — махнул рукой майор.
Довольный таким обращением он даже приосанился и снова пригладил усы. А я пошел к кадровичке Наташе. Не получилось ей от меня отвязаться.
* * *На работу вышел уже на следующий день. На меня еще приказ даже не готов, но дата принятия, как мне сказали, будет задним числом прописана. Приказы по личному составу они пару раз в неделю делают.
Логово экспертов (ЭКО) оказалось на третьем этаже. Железная перегородка с такой же черной дверью отсекала львиную часть коридора.
Так просто к криминалистам не попадешь. Возле двери звонок. Покрыт мазками черной, как сажа, дактилоскопической краски. Его уже и отмывать перестали. Краска въелась навсегда.
Я нажал на кнопку. Слышно было как за стеной тренькнул «колокольчик». Дверь открывать не торопились. Лишь спустя полминуты щелкнула задвижка, и в проеме появилась пронырливая морда хорька. Небольшой тщедушный человечек смотрел на меня надменно-насмешливыми глазками-бусинками.
