Мне будет как платье.
— Вот, это моя футболка, другого варианта, к сожалению, нет. Тебе ведь не в чем спать? У тебя слишком мало вещей и почти все они в стирке.
Я пытаюсь сесть, чтобы сменить одежду, но мой вестибулярный аппарат сломался. Опять лечу спиной на матрас.
Что со мной происходит?!
Я как кусок желе.
Определенно не стоило так много пить.
Напиток оказался чересчур крепким, я это не сразу поняла.
— Я помогу.
Слышу приглушенный, урчащий смешок. Мирон залазит на кровать. Его руки уверенно ложатся на мою кофту и ловко снимают её с меня.
— Мы и правда переборщили! Этому столику точно больше не будем наливать.
Еще и шутить умудряется.
А мне сейчас плевать. На все вообще плевать. Как будто это вино оказалось не простым вином, а каким-то волшебным зельем.
Кофточка, джинсы… все беспощадно отправляется на пол. Я оказываюсь перед мужчиной обнаженной. Почти. На мне всё же остались трусики и лифчик. Простые хлопковые трусишки белого цвета и бюстгальтер из той же серии. Недорогой, но практичный комплект.
Распахиваю глаза от этого шокирующего понимания и моментально ловлю на себе его опасный взгляд. Волчий, дикий, пугающе-прожорливый… Мирон смотрит на меня как на кусок мяса смотрел бы лесной волк. На тело тут же обрушивается цунами из колючих, морозных мурашек.
Разве может мое простенькое белье и исхудавшее тело привлечь внимание миллионера? Видимо да. Судя по потемневшим зрачкам Мирона, его заметно охрипшему голосу и участившемуся дыханию, конечно же может.
Не понимаю почему? Чем я, небогатая девушка без рода и денег, смогла зацепить опытного, амбициозного мужчину.
К тому же знаменитость.
— Почему в-вы так смотрите на м-меня?
— Ты охуенно красивая, — его голос звучит очень низко. Мирон делает глотательное движение и вдруг… накрывает меня собой.
Целует.
Без предупреждения.
Просто жестко накрывает мои губы своими, раздвигая их языком, и глубоко, настойчиво целует, умело работая ртом, отправляя меня в космическое путешествие вокруг луны.
Ему не требуется разрешение.
Такие люди берут, что хотят и когда хотят.
* * *Горячий. Сочный. Удивительно мокрый поцелуй вышибает из меня жизнь. Вырывает душу с корнями из тела, отправляя её облетать грань космоса. Мне так хорошо, так беззаботно, так блаженно, что я теряюсь. Вообще!
В пространстве, во времени, в своих принципах. Просто позволяю себе хотя бы раз нарушить правила. Жить здесь и сейчас. Делать то, что хочется.
Мирон углубляет поцелуй, действуя смелее, отвлекая меня.
