Тянет руку в карман пиджака, из бумажника вытаскивает несколько купюр и кладет на комод.
— Не нужно… — в который раз напоминаю ему.
— Холодильник пуст, в пяти минутах отсюда есть супермаркет и уютное кафе, можешь там завтра позавтракать или заказать еду. Никому ни слова, о том, что ты теперь живешь здесь. Особенно Вере.
Сказав это, он щелкает ручкой двери и выходит на улицу.
Что ж, я не буду брать эти деньги просто так. Будем считать, что Доронин нанял меня как… домохозяйку или уборщицу. Буду отрабатывать эти деньги и кров физическим трудом.
До тех пор, пока не решу свои проблемы.
Долго я здесь не планирую задержаться, а сейчас у меня просто нет выбора. Не хочу опять вляпаться в неприятности… В доме Мирона тепло и безопасно. Здесь меня точно никто не посмеет обидеть.
Глава 7.
“Никому ни слова, о том, что ты теперь живешь здесь. Особенно Вере.” — пронеслись в голове эти цепляющие слова."
"Рефлексировать сейчас было слишком тяжело, я мечтала лишь об одном — упасть на диван и отдаться сну.
Заперев дверь на ключ с внутренней стороны дома, я вошла в гостиную и осмотрелась.
Да, это место намного лучше вокзала. Здешняя атмосфера и уют создали ощущение безопасности.
Бросив рюкзак на пол, я упала на мягкий диванчик. Не успела закрыть глаза, как моментально отключилась. Мне снилась черная пустота, а под утро я открыла глаза и отметила, что выспалась.
Потянувшись на мягкой обивке, взбодрившись, я поняла, что даже не успела раздеться — так и уснула в том, в чем пришла. Не хватило сил даже на то, чтобы сбросить с себя хотя бы кофточку и штаны.
Открыв глаза, сначала я не поняла, где нахожусь, но спустя три секунды в памяти полыхнула яркая вспышка и я вспомнила вчерашний кошмарный вечер. Осознала, что я, простая девушка из бедной семьи, сейчас нахожусь в доме одного из самых богатых личностей страны — Мирона Доронина.
Странно, но сейчас моя ненависть к мужчине заметно поутихла. Все благодаря тому, что он начал проявлять ко мне заботу. Что ж, чаша весов уравновесилась. Хорошие поступки перекрыли плохие.
Думаю, я смогу отпустить злость в отношении Мирона. Но хотелось бы услышать его извинения на словах.
Глянув на часы, я с удивлением отметила, что стрелка замерла на цифре девять. Не помню, когда последний раз позволяла себе такую роскошь — спать аж до девяти. Мой день начинался в шесть утра. Вот уже несколько лет подряд я жила бурным ритмом, бегая от одной работы, ко второй и даже третьей. А сегодня мне никуда не надо. Удивительно! Непривычно как-то.
