Сейчас я просто не хочу, чтобы ты ночевала на улице, поэтому привез сюда. Здесь безопасней, чем на вокзале.
Хм, его тон звучит искренне. Неужели у куска стали есть хотя бы капля совести? Опомнился. Теперь пытается выглядеть заботливым, чтобы загладить вину. Но внутренний голос с предосторожностью нашептывает мне, чтобы я не расслаблялась. Была начеку. Мирон Доронин — последний человек, которому следует доверять. Ведь почти все богатые, успешные мужчины бабники.
Лицо миллионера выглядит спокойным, тоже уставшим.
Думаю, он прав. Мне стоит рискнуть. Я сейчас слишком устала и мне ужасно хочется спать. Что ж, пусть заглаживает вину и дальше. Неужели ему совестно? Но на словах признаться слишком много чести, поэтому он извиняется молча, но делом.
— Ладно, — со вздохом, всё же соглашаюсь. Убедил."
"Дернув дверь за ручку, выхожу из машины и иду за Дорониным. Он открывает ворота огромной территории, впуская меня внутрь.
— Красиво! — открываю рот от удивления, рассматривая местность. — Где мы?
Мы идем по саду, приближаясь к огромному двухэтажному дому.
Но он выглядит слегка неопрятно, как и сад, потому что здесь, похоже, до сих пор идет стройка.
— В моем загородном доме. Прости за грязь, стройка еще не закончена, но жить можно. Внутри уже есть кое-какая мебель, там намного чище, на первом этаже. На втором этаже еще идет ремонт.
— Понятно.
— Можешь пока пожить здесь, — Мирон ключом открывает входную дверь, заклеенную плёнкой, пускает меня внутрь. Щелкает выключателем. Приятный жёлтый свет освещает все нынешнее пространство первого этажа шикарного особняка.
Да, он был прав. На первом этаже чисто, уютно, много мебели, которая прикрыта целлофановыми пакетами.
— Проходи, не стесняйся, — он срывает целлофан с мебели. — Будешь жить в этом доме, пока не найдешь другое жилье. Он сейчас без дела простаивает.
— А как же рабочие?
Ответ миллионера меня очень удивляет.
— Я строил этот домик чисто для своего удовольствия. Своими руками. Хобби такое, понимаешь?
— Правда?
— Да, это мой небольшой секрет.
Сбросив кроссовки, ступаю на лакированный паркет, обхожу все комнаты, с любопытством их осматриваю. Интерьерчик и масштабы домины, правда, впечатляет. Неужели он сам это все построил?
— Конечно я пользовался услугами рабочих, когда требовались большие физические усилия, — читает он мои мысли, поясняя. — Люблю что-то делать своими руками. Это меня расслабляет… Скажем так: такой себе отдых после трудных рабочих командировок и сделок.
