И, если в разумных пределах он мог не бояться представителей Зимнего Двора фейри, то вот летний двор…
- Прости, Анетт, - Хаджар покачал головой и покрепче сжал вожжи. - Мне нужна сила… а имя ветра её дает. И я действительно чувствую его как часть себя… Это не то, от чего я могу отказаться.
- Тогда приготовься, Северный Ветер, испытать такие страдания, которые ты не можешь себе и помыслить. Племя Дану сделает все, чтобы разрушить тебя.
С этими словами Анетт вернулась обратно внутрь дилижанса.
Хаджар же посмотрел на небо.
Низкое, тяжелое, выточенное из белого мрамора.
Ему нужен был совет.
А кто, как не рожденный четырьмя ветрами, сможет ему ответить на вопросы.
Хаджар погрузился в глубокую медитацию.
Глава 1060
Дул ветер, качая море высокой травы, он игрался с облаками, плывущими по ясному, синему небу.
Хаджар шел среди изумрудного блеска мира своей души. Ладонью касаясь травы, он двигался к невысокому холму, стоявшему посреди бескрайней долины.
Птица Кецаль встретила его привычным клекотом и взмахом широких крыльев.
Хаджар, улыбнувшись, почесал её под клювом. Теплые, мягкие перья ласкали его грубую, натруженную и мозолистую кожу.
- А ты растешь, - прошептал Хаджар.
Кецаль курлыкнул и слегка цапнул Хаджара клювом по руке.
Когда-то он помещался у него на ладони - маленький птенчик, беззащитный и слабый. Теперь же он был размером с орла, а его хвост уже превышал целый метр.
Справа от дерева, в кронах которого и спала птица-Дух, стоял камень, где некогда сидел Учитель Хаджара - дракон Травес.
Один из последних представителей племени первого Императора Дракона.
Одновременно и герой, и злодей страны Драконов, которого почитали и боялись.
Тогда, многие эпохи назад, его сила была велика. Теперь же, после сотен тысяч лет заточения, он вряд ли мы смог настолько потрясти мир.
Но уважение и почтение, которое Хаджар к нему испытывал, строилось вовсе не на силе, а на куда более глубинных чувствах.
- Здравствуй, мой ученик.
Фигура, которая сидела на траве, прислонившись к этому камню, была закутана в рваный, черный плащ.
Ветер трепыхал его порванным вороньим крылом.
Глубоко надвинутый капюшон скрывал стареющее, покрывающееся морщинами лицо бывшего воина, а ныне - доживающего век странника.
Белые, с сединой, волосы тянулись следом по потокам ветра.
Черный Генерал, который сейчас сидел перед Хаджар, был совсем не похож на тот осколок души Врага, который Хаджар впервые увидел когда-то давно внутри своей души.
