— Я все расскажу, пусть Камилла идет отдыхать, - когда она останавливается возле нас. Замечаю, что она старается переложить вес на ногу, которая меньше пострадала. - Врач сказал, что несколько дней ей не помешает отлежаться.
Марат смотрит на меня, как на врага, видит во мне виновника ее бед. Неприятно, но я понимаю, что сейчас его разрывают эмоции. Сглотнув, прикрывает глаза и тут же берет себя в руки. Хлопает меня по плечу, что можно расценить, как извинение.
— Пап, со мной все в порядке, - виновато улыбается Ками.
– Неудачно упала…"
"— С тобой я потом поговорю, иди в свою комнату, — несмотря на строгий тон, он не может скрыть тревоги.
— Ками, — испуганно восклицает Лера, выглядывая из дверей. — Что случилось? – выбегает к дочери.
— Зайдите в дом, — обернувшись, Марат произносит спокойным тоном. Переглядывается с женой, пытается ее успокоить на расстоянии и лишь, когда Лера обняв Ками, кивает ему, он обращается ко мне: — Идем в беседку.
Устроившись друг напротив друга, мы какое-то время молчим.
Я подбираю слова, он пытается полностью взять себя в руки.
- Рассказывай, что случилось с моей дочерью?
Не больше трех минут занимает рассказ. Сухо и по фактам, без нагнетания драматизма.
Марат, сложив перед собой руки в замок, сверлил задумчивым взглядом поверхность стола. Дав ему время переварить услышанное, продолжил:
— Марат, я вырос на твоих глазах, ты для меня больше чем просто друг моего лица, - родные дяди не бывают так близки с племянниками, как Шахов. Да и не только Марат, я ко всем друзьям отца отношусь, как к близкой родне.
- Могу я дать совет?
— Ну, говори, — подняв взгляд.
— Ты не сможешь вечно беречь и охранять Ками, ее желание вырваться из-под опеки будет крепчать. И вероятность, что она надоедает глупостей тоже. Сбавь обороты. Врут не потому, что хочется лгать, а потому что правду говорить страшно, — оправдываю ее ложь с великом.
— Ты хочешь сказать, она меня боится? – хмурит лицо. Он за Ками пешком в ад пойдет, всю жизнь ее лелеял, а тут я со своими заявлениями.
— Она боится тебя разочаровать. Марат, слишком много опеки, - спокойно, но твердо.
— Когда у тебя будет дочь…
— Я буду себя вести в точности как ты, но я надеюсь, найдется тот, кто предупредит меня, что я перегибаю. Не наказывай Камиллу. Присматривай дальше, но не дави. Не учатся люди на ошибках других, дай ей сделать свои, - он против, борется с собой, чтобы не возразить. Главное, что выслушал. Мимо ушей мои слова не пропустит.
