В каком направлении планируем бежать?
Петька всегда понимал меня с полуслова.
— Вон в том.
Братец проследил за моим взглядом, насмешливо прищурился.
— Ясно. Языка брать будем.
Помог мне подняться, ловко обошел Дероха, бросив на ходу:
— Рад видеть, виконт. Простите, не могу задержаться, вынужден сопроводить жену…
И мы ринулись брать на абордаж ничего не подозревающую о наших коварных планах маркизу Тонтен.
— Что выпытывать собираешься? Не наваял ли плодовитый Трисоф Ластон за последний месяц очередной шедевр? — Петька не сдержал ехидного смешка.
— Как там предыдущий назывался?
— «Прыгнуть в пропасть».
— Вот-вот. Или подопечная герцогини Саллер не жалует подобную литературу?
Брат учтиво раскланялся с очередным претендентом на его внимание, жестами объяснив, что и рад бы остановиться, поболтать минуту-другую, но, увы, семейный человек собой не всегда располагает.
— Жалует. Все юные романтичные девушки увлекаются любовными романами. Только одни их читают, а другие почитывают. В этом разница.
— Я помолчала и неожиданно пожаловалась: — Петь, он так и не появился.
Сглотнула горький комок, мгновенно застрявший в горле.
— Королевский отбор не только открыт, но и набирает обороты, сам видишь. И, судя по всему, Рэм в гонке за ценный приз решил не участвовать. Так сказать, снял свою кандидатуру еще до старта. Спрятался от меня самым кардинальным способом — вообще не пришел.
— Марусь, мало ли что случилось, — утешающе загудел братец, сразу поняв, о ком идет речь.
— Дела задержали…
— Вот давай и попытаемся разузнать. Насколько я помню, маркиз Тонтен — член Малого королевского совета. Надеюсь, дочурка внимательна и любознательна, а батюшка достаточно болтлив в кругу семьи и за обеденным столом.
На этот раз воспитанница Дальмиры стояла рядом с чопорной средних лет дамой в пышном темном платье — увядающей копией самой Истель. Девушка заметно скучала, была почти счастлива нашему обществу и с радостью представила своей суровой дуэнье, которая оказалась ее родной теткой.
Поначалу общая беседа шла вяло, надзирательницу явно не устраивало знакомство со скандальной четой Ольес. Но постепенно Петьке удалось ее разговорить, а потом и заинтересовать рассказами о чудесах Хауддана, в которых истина причудливо переплеталась с самым отчаянным вымыслом.
Как только почтенная леди увлеклась вдохновенными сочинениями моего Мюнхгаузена, я подхватила Исти под локоток и осторожно повлекла прочь, предложив прогуляться.
