Мужчины внимательно слушали, лишь время от времени задавая наводящие вопросы. Когда я упомянула о Зеркале, быстро переглянулись и нахмурились — судя по всему, им об артефакте было хорошо известно.
Не знаю, как долго продолжался бы этот разговор — полчаса… час, если бы нас не прервали. Всплески магии, когда Рэм пытался пробиться в Запретные Земли, и забег его команды по дворцовым коридорам не остались незамеченными. Его величество желал разобраться в том, что произошло, и немедленно требовал племянника к себе. Странно, что король вообще так долго медлил.
Йохан вышел первым, а Рэм задержался чуть дольше. Дождался, когда мы останемся одни, окинул нас с Петькой внимательным взглядом, сказал сурово и твердо:
— Разговор еще не окончен.
И скрылся за дверью.
Вернулся он лишь поздно вечером…
За те полдня, что герцог отсутствовал, я успела выспаться — отрубилась сразу, как только мы с Петькой остались одни, и провалялась в кровати почти до вечера. Сознание, потрясенное всем случившимся, просто отключилось, да и организм настоятельно требовал отдыха.
Потом был ужин и долгое, напряженное ожидание. Закусив губу, я кружила по комнате, почти не слушая, что говорит брат, и бесконечно прокручивая в голове предстоящую беседу с Саллером.
А его все не было.
К ночи я умудрилась накрутить себя по полной — расстроиться, обидеться, впасть в холодное бешенство, придумать множество причин, которые могли задержать его светлость. Начиная с того, что он уже вычислил и именно сейчас ловит злоумышленника, и заканчивая тем, что король велел ему немедленно сделать предложение Эмине.
И как раз в эту минуту Рэм, вместо того, чтобы спешить ко мне, стоял на одном колене и протягивал принцессе кольцо. Образ покорно упавшего на колени герцога не имел ничего общего с оригиналом, картинка расплывалась, но я упрямо вновь и вновь вызывала ее в своем воображении.
А в полночь, когда мы с Петькой решили, что дальше ждать бесполезно и собрались ложиться спать, дверь в гостиную неожиданно распахнулась. Рэм остановился у входа, быстро осмотрел комнату и прислонился к стене, глядя поверх наших голов.
Повисла пауза.
Саллер явно не торопился начинать разговор, и я, пользуясь моментом, жадно изучала его. Уставшее лицо… Тени под глазами… Плотно сомкнутые губы. В руках — какие-то документы. Не знаю, чем он занимался все эти часы, но точно не в любви объяснялся.
— Кхм... — наконец откашлялся брат. — Мы ждали тебя раньше... Ты...
— У меня мало времени, — перебил Саллер.
