Погиб офицер, отчаявшийся вынудить солдат умереть за идеалы рейха. Он побежал вперёд, вдохновляя пехоту личным примером и мгновенно был убит. Шубин вспотел. Замёрз палец, которым он давил на спусковой крючок.
На левом фланге снова активизировались танки, продвинулись вперёд, открыли огонь. Взрывы накрыли часть траншеи, забитую упавшими бойцами. Ещё один залп, уже ближе. Отшатнулся от бруствера красноармеец Черенков, сполз по стенке траншея. Глаза остановились, из под шапки потекла струйка крови. К нему метнулся Неделин бывший инструктор райкома комсомола по пропаганде и агитации.
Но взрывом по соседству вывернул пласт земли. Осколки прошили тело и тридцатилетний ополченец, обещавший стать хорошим разведчиком, за мертва повалился на колени Черенкову.
Шубин решился. Хорошего помаленьку. Теперь каждая минута промедления стоила жизни. Танки обходили возвышенность. Поднимала голову пехота. Лейтенант прокричал:
– Все на выход, товарищи! Размялись и будет.
Разведчики пригнувшись побежали по траншеи. Прикрывать отход остались Корзун и Равикович.
Они увлеклись боем и боеприпасов скопили больше чем товарищи. Пехота боязливо двинулась вперёд. Она не могла топтаться у траншеи до нового города. Разведчики по очереди перекатывались через дорогу, словно парашютисты, покидающие самолет. Метров семьдесят до оврага съезжали вниз как на санках. Немцы не догадались перекрыть лощину.
Шубин сидел на корточках, пересчитывал людей. Разведчики уходили по пади. Тропинку в снегу уже протоптали люди Губарева. На брошенной позиции гремели взрывы.
Подошли танки и стали утюжить траншею. Подкралась пехота, но ещё боялась вставать в полный рост. Последним, тяжело дыша, подбежал Равикович, жилистый мужчина под сорок, отслуживший в армии ещё в конце 20-х, инженер на оборонном заводе. Мог иметь бронь и спокойно жить в тылу, но предпочёл записаться добровольцем. Он съехал в овраг, закашлялся.
– Все, товарищ лейтенант. Больше нет никого. Кобзон мёртв. Осколок в сердце. Жалко парня. Эх, жизнь наша горькая. – Боец поднялся и засеменил за товарищами
Шубин скрипнул зубами.
Ещё троих потеряли. Шестнадцать осталось, а вместе с ним семнадцать.
Он шумно выдохнул, забросил автомат за спину и зашагал по тропе.
Глава шестая
Через час остатки роты Губарева и взвод разведки вышли в расположение полка. Местность была сложная – овраги, вздыбленная земля. Затевать здесь фланговый маневр немцы не могли."
"На шоссе, метрах в двухстах, шёл тяжёлый бой. Полк Фёдорова пока держался. Он зарылся в землю.
