Гончар отсутствовал не менее получаса. Минутная стрелка перевалила за двенадцать, усиливалась нервозность. Размытый силуэт возник за деревьями далеко за полночь.
– Товарищ лейтенант, это я, – ефрейтор шумно дышал, срывался голос. – Всё плохо, хуже не придумаешь. Ребят потеряли ни за что. Я там подкрался, пролез через пару огородов. Немцы в деревне, не меньше взвода, это каратели из СС, молнии у них в петлицах и на касках. На трёх вездеходах в деревню прибыли. У них автоматическое оружие, пулемёты. А ещё по-русски кто-то говорит, полиция видать.
Наши подставились. Через пустырь попёрли. Их патруль и засёк, когда они через плетень перелезали. В бой нашей вступили. Двоих положили, но у них вообще шансов не было. Я четыре тела видел, плюс собака дохла. Двоих фрицы в вездеход оттащили, своих стало быть. А наших за сарай бросили, бензином облили и подожгли. Вся банда там собралась, никто не спит. Офицеры что-то обсуждают. По нашим же видно, что непростые красноармейцы, разведка. В лес пока не идут, но могут решиться.
Наши наследили в поле, по следам и двину. Могут полицаев вперёд послать, чтобы своих не терять, а сами следом. У них как минимум две собаки, на них намордники надели.
На краю деревни наметилось оживление. Собирались люди, лязгал металл, глухо урчали свирепые овчарки немецкой породы.
– Товарищ лейтенант, давайте встретим их как положено. Покажем, где раки зимуют. Отомстим за наших.
– Есть чем мстить? – ядовито процедил Шубин.
Гулыгин смущённо замолчал. Разведчики порядком поиздержались, гранаты кончились, запасных дисков для ППШ ни у кого не осталось, только то что в автоматах, далеко не полные магазины.
– Минуты полторы продержимся, а потом пусть убивают? С ножами на автоматы пойдём? – развивал мысль лейтенант. – Плевать на всё, зато погибнем геройски? Самому стыдно, но надо уходить. Команда умирать пока не поступала. А если поступит, то первым под пули пойду, не сомневайтесь. Оторвёмся от погони, до рассвета выйдем к нашим.
Никто не комментировал заявление командира.
Он был на Сто процентов прав. До чего же стыдно. Наличие тяжёлой рации влияло на темп движения, но избавиться от аппарата Шубин не решился. Устройство тащили по очереди, костеря учёных, не способных изобрести что-то более компактное. Опасность со стороны деревни ещё только зрела. Каратели готовились приступить к зачистке леса, а разведчиков уже и след простыл.
Они уходили в темноту, теряясь в густом ельнике. Шли молча, берегли дыхание.
