– Домой я больше не вернусь, Мир. Никогда.
Вид из окна здесь, конечно, бомбический. Вся эта игрушечная квартира в новом жилом комплексе, словно удачно севший по фигуре наряд – моя до последнего миллиметра. Я так чувствую.
Каждый уголок здесь нравится. Каждая розетка.
Или это всё потому, что он рядом... Мы только вдвоём!
И всё случилось…
Предвкушение, что так будет всегда заставляет внутренности мурлыкать. А страх неудачи – тревожит и страшит.
Полнейший раздрай. Безмятежно спящие гормоны проснулись этой ночью и теперь не дают покоя.
Мирон подступает неслышно и обнимает сзади. Кошу взгляд, чтобы рассмотреть длинные чёрные ресницы.
– Так нельзя, – вздыхает он тягостно. – Руслан с Элиной как лучше хотели.
– Мне не зашло их «как лучше», – морщу носик.
Со звоном чмокаю холодную с улицы, колючую щёку, прижимаюсь к ней лбом успокаиваясь. Или, наоборот, приходя в смятение.
– И в универ я больше ни ногой, – задиристо проговариваю. - Ясно тебе?
Громов неодобрительно качает головой.
– Вот что с тобой делать, а, вредная Карамелина?
Тихо смеюсь.
– Ты ведь говорил, что на противоположной стороне стыда всегда свобода. Так вот, Мир. Мне больше не стыдно… Ни за что. Всё, что случилось к лучшему.
Поворачиваюсь и обвиваю торс, сцепляя руки в замок на пояснице. Наблюдаю, как заботливо он на меня смотрит.
Мой.
Счастье кружит голову так, что от эмоций не выдерживаю взгляда.
– Чувствую себя свободной, – тихо шепчу.
– Свободной, – ворчит Мирон мне в макушку. – Ну а паспорт-то у тебя с собой?.
.
– Зачем? – удивлённо спрашиваю.
– Потому что мы с тобой женимся, – заявляет он.
Глава 39. Мия расширяет кругозор.
– Всё ещё дуешься? – ласково спрашивает Мия, обнимая сзади.
В спальне полумрак, если не считать тонкую полоску света, проникающую сюда из гостиной. Внутри всё дребезжит и громыхает, когда чувствую на спине её губы и горячее дыхание.
Молча тяжело вздыхаю и незаметно улыбаюсь.
Дурочка моя.
Строго-настрого запретила мне даже заикаться о свадьбе. Сказала, не так всё себе представляла и рано нам жениться.
Хочет встречаться, ходить за ручку, принимать цветы и получить всё то, что я якобы ей задолжал. А уже потом этой заразе надо помолвочное кольцо и шикарную свадьбу с двумя сотнями гостей.
Пиздец.
– Мир, – шепчет мне в спину. – Громов мой. Ну, пожалуйста. Не обижайся. Пожениться всегда успеем.
– Надо было сказать тебе, что секс только после свадьбы, – ворчливо проговариваю и ещё раз умиротворённо вздыхаю.
– Надо было, Мир. Поздно.
