- Вот молодцы арабы! Такой город в пустыне отгрохали.
-Пап, - позвал я, недолго помолчав. - Как ты понял, что мама - та самая, кто тебе нужен?
Он ответил не сразу, а задумался, смотря вдаль.
-Она у меня из головы не выходила. Все мои мысли занимала. Но такая неприступная была, как скала. Комсомолка.
И у меня в голове тоже поселилась одна неприступная, непокорная и очень принципиальная девчонка, о которой я вспоминал каждый день. Пытаясь разобраться в себе, я понял, что по возвращении в Дубай, во мне произошел ощутимый раскол.
Одна моя часть продолжала любить Зару и лелеять ее светлый образ в душе, но мозг, вступив в открытую конфронтацию с сердцем, продолжал подсовывать яркие воспоминания о двухнедельном романе с Ирадой.
Я видел, как наяву, ее роскошные кудрявые волосы, и мог поклясться, что чувствовал на кончиках пальцев мягкость и нежность ее белоснежной кожи и бархат пухлых розовых губ. Я помнил, какие они на вкус, помнил острые ощущения какого-то первобытного восторга, когда входил в нее и понимал, что первый.
Но я сломал ее. Разбил, как фарфоровую куклу, которую нужно было беречь. И еще вспомнил, что в нашу последнюю встречу в ее словах проскользнула фраза: “Я хотя бы буду жить, а не любить того, кто меня никогда не полюбит”. В первый раз в жизни я просчитался, выбрав сумасшедшую, непосредственную и ни на кого не похожую девчонку, которая подкупила меня не только красотой и свежестью, но и характером. Моя роковая ошибка.
Не знаю, как это произошло, но в одно воскресное утро, я проснулся и понял, что больше ничего не чувствую.
Яркое солнце заливало всю комнату, за панорамными окнами гудел идеальный город в пустыне. Я сел на кровати, согнув колени и положив на них руки. Образ моей некогда идеальной женщины растворился в предрассветном тумане, и я больше не помнил, как звучит ее голос, как она двигается и говорит. Вместе с новой зарей из моего сердца упорхнула Зара - женщина, которую я много лет тайно любил и которой предложил весь мир, когда признался во всем после их с Каримом развода.
Ради этой любви я предал друга, не подумав о его чувствах, ведь был уверен в его измене. Тогда мне хотелось защитить любимого человека, а сейчас я понимаю, что “нас” никогда не было и не должно было быть. Порознь Зара и Карим проходили недолго и быстро сошлись. Значит то, что было у них - самое что ни на есть большое и настоящее.
Вот так, сидя на кровати, я вдруг рассмеялся своим мыслям и ощущениям, не понимая до конца, то ли мне смешно, то ли грустно.
