И так изящно, тактично, как может только он.
Это случилось, когда мы вдвоем гуляли по набережной Дубая. Мы с отцом очень редко говорили по душам, потому что он достаточно закрытый, спокойный человек. До самой пенсии работал инженером на машиностроительном заводе в Алматы - секретном предприятии со статусом режимного объекта. А вот мама у меня была эмоциональной, яркой, открытой. Я никогда об этом не задумывался, но сейчас понимаю: они прекрасно друг друга дополняли.
Встав лицом к воде и небоскребам, папа некоторое время молчал, а потом вдруг сказал:
-Маме здесь понравилось в прошлый раз.
-Да, она говорила, - наклонившись, положил ладони на парапет.
-И гордилась тобой, что ты купил нам путевку. Она всегда мечтала увидеть море и океан.
-Я знаю."
"-Жалко, не увидела твоих детей. Об этом она тоже мечтала.
-Неожиданное замечание.
-А ты все тянул резину, гнался за каким-то журавлем в небе. Как кстати, Зара?
Повернув голову, посмотрел на него удивленно. Но ни один мускул на его лице не дрогнул.
-Откуда…ты знаешь? - хрипло спросил.
- Этого никто не знал.
-Мама знала. Она мне сказала, - слабо усмехнувшись, папа повернулся ко мне корпусом и я сделал то же самое.
-И что она еще сказала?
-Что это - не твое и ты зря теряешь время. Переживала, как бы ты вот так не проходил до последнего.
-А почему мне ничего не говорила? - одной рукой сжимаю серую матовую трубу парапета до побелевших костяшек.
-А что тебе говорить? Ты же всегда был себе на уме. Вбил что-то в голову - сделал.
Примерно также было с государственной стипендией “Болашак”.
Я мечтал учиться в Америке и умолял родителей разрешить мне, ведь условия были не простые. Когда я прошел отбор, надо было заложить родительскую квартиру, чтобы гарантировать мое возвращение и то, что я буду себя нормально вести и учиться за границей. Мама с папой сделали это, потому что верили в меня, хотя трешка в спальном районе - единственная недвижимость, которая у них была.
Как мама узнала о моих чувствах к Заре - загадка для меня. Как я не пытался в тот момент проанализировать это, ничего не выходило.
Моя мать видела только Карима, который пару раз приходил к нам, когда я еще жил с родителями.
- Розочка, - так папа ласково называл маму, чье имя с казахского переводится как “роза”, - считала, что тебе другая девушка нужна.
-Какая? - удивленно вскидываю брови.
-Та, которая будет любить тебя, а не наоборот, - произнес он и вернулся в исходное положение и окинул восхищенным взглядом стеклянные высотки у воды.
