Оглядываюсь на Марка, к которому прижалась молчаливая Фаина, и вспоминаю свои глупые и громкие слова о том, что умная женщина никогда не допустит того, чтобы у мужа появилась любовница, а если такое случилось, то надо шмару отвадить.
Надо бороться за своего мужа.
— Марк…
— Что?
— Я беспокоюсь о нашем сыне, — тихо говорю я. — Я не хочу его потерять.
— Я тебе уже сказал, — Марк хмурится, — все в твоих руках. Все зависит от того, как ты себя поведешь.
Делаю выдох и бегу к машине, боковую дверцу которой услужливо распахнул водитель.
Я должна спасти свою жопу.
— Оленька.
Замираю у распахнутой дверцы.
— Я на днях к тебе загляну. Ты как раз подуспокоишься, — вздыхает Марк, — надеюсь, ты меня встретишь иначе, чем сегодня. Ты меня сегодня сильно огорчила.
Глава 15. Привет
— Что ты молчишь?
Марк навис надо мной, привалившись поднятой рукой к косяку. Щурится, а у меня сердце прыгает то к глотке, то обратно падает в пятки.
Обещал проверить меня? Угрозу свою исполнил.
Эти двое суток прошли у меня в страхе и слезах, а ночами я просыпалась от хруста пальцев и тихого смеха Марка, который мне чудился в темноте.
— Поздороваться не забыла?
Я за два дня то ли отвыкла от Марка, то ли у меня психика прожила резкую метаморфозу за это короткое время, но сейчас я вижу Марка реально чужим мужиком.
Опасным и с очень жестокими глазами.
— При… вет…
Его объятия и ласковые чмоки в щеки по утрам, которые пахли крепким кофе и ванилью, будто стали галлюцинациями и бредом сумасшедшей меня.
Мне все это привиделось.
— Ну, как ты? — он с раздраженным вздохом отодвигает меня в сторону одной рукой и переступает за порог.
Молча наблюдаю за тем, как он деловито стягивает пиджак и накидывает его не крючок вешалки, а затем заглядывает в зеркало и медленно приглаживает волосы, посматривая на меня через отражение:
— Я тебе задал вопрос.
— Нормально, — торопливо отвечаю и прячу руки за спину.
За эти два дня я несколько раз звонила нашему сыну. Мне за это прилетит? Но я же… все-таки мама, и да имею право на звонки и на вопросы, все ли хорошо с моим мальчиком.
Дима мне отвечал холодно и отстраненно “все хорошо, мам” и сбрасывал звонок. Наверное, он злится на меня, что я ушла, бросила его и допустила, что в наш дом пришла любовница отца."
"Ведь если бы я не сбежала и согласилась на предложение Марка “спасти” семью, то он бы не позвонил Фаине и показал бы мне, что на мое место придет другая женщина.
