Вправил нос я неудачно, и травматолог, который меня принял, посмеялся и пожурил меня:
— Насмотрелись тупых боевиков, да?
А потом вместе с отоларингологом поковырялись во мне и отпустили со словами:
— В следующий раз сразу дуй к нам, а не красуйся.
Голова еще болит, а дышать через рот тяжело и неприятно. Это я всегда другим ломал носы, но мой сын решил иначе. И ведь какой удар был. Четкий и резкий, будто не раз лбом своим каменным бил по чужим лицам.
— Тебе больно, пап? — неуверенно спрашивает Яна, на ее руках на меня круглыми глазами смотрит Анечка.
Внучка моя. Ей два. Везли на развивашки, а оказалась во дворе больницы. Тянет к моему лицу ладошку, и я забираю ее у дочери:
— Иди сюда.
— Бо-бо, деда, — вздыхает она. — Это плохо.
— Это твой дядя постарался, — фыркает рядом Лена и смотрит на Димку, — ты нормальный вообще?
Опускаюсь на скамью и поудобнее усаживаю Аню на коленях. Со вздохом приваливается к моей груди.
— Бывает, — философски заявляет она.
Такая сладкая. Когда-то и ее мама была такой же маленькой и носила такие же хвостики на голове.
Поднимаю взгляд на Яну, и она неловко скрещивает руки на груди и поджимает губы.
Она уже женщина, и многое взяла от матери. Не только ее внешность, но и чуть-чуть дурного характер.
Тоже любит красоваться на публике, и сейчас явно сердится, что ей пришлось говорить о нашем с Олей разводе и лишать свой семейный блог части контента, который рассказывал, какие мы счастливая, крепкая и приличная семья.
— У тебя с мужем все хорошо? — спрашиваю я.
"
"Яна вскидывает бровь. Мою-то жену вон потянуло в ложь, в игры на публику и лекции о семейном счастье, когда от меня отвернуло. Может, у Яны такая же история в семье?
Может, это так и работает: когда все плохо, женщины начинают всех убеждать, что все хорошо? И даже замечательно? Смотрите и завидуйте, ведь в ваших семьях не так круто, как в нашей.
Если всех убедила, то все не так уж плохо. Можно жить дальше
— Да, все хорошо, — немного нервно заявляет Яна, и у нее дергается плечо.
Не только я замечаю в ее тоне ложь, но и Димка с Леной, которые переводят на нее напряженные взгляды.
Хотел бы я своей дочери и ее мужу Андрею той же участи, что настигла меня и Олю. Нет.
Я же Андрея убью, если он решит пойти от моей дочери к другой женщине, потому что с моей девочкой так поступать нельзя.
А с Олей? С Олей можно?
— Не все спокойно в Датском королевстве, — шепчет Лена. — Что у вас стряслось.
