– Ты дурак какой-то, Андрей! – выпалила она и стремительно ушла в дом.
Он посмотрел ей вслед.
Что-то она сегодня не в настроении. Лучше к ней не приставать, а то укусит.
Краем глаза он увидел в окошке мать, которая смотрела на него внимательно и без улыбки.
– Мамуль, привет! – крикнул он, внезапно осознав, как он соскучился по этому дому и по родителям. Словно сделав над собой усилие, мать улыбнулась в ответ, и он пошел в дом.
От его шагов цветы на крыльце зашатались, а в старом бабушкином шкафу жалобно зазвенела посуда.
* * *Таня с Павловым оставались ночевать, а Клавдия в девятом часу засобиралась домой.
– Ты что, с ума сошла? – спросила Елена Васильевна. – Только приехала, и обратно! Переживешь денек без своей Москвы ненаглядной. Останешься, и дело с концом.
– Правда, Клавка, – протрубила из гамака Таня, – что за глупости? Завтра вместе поедем. Мы тебя довезем до самого дома. Куда ты сейчас попрешься на ночь глядя?
– Знаю я вас, – сказала Клавдия весело. Про себя она твердо решила, что ни за что не останется.
– Павлов опять проспит до вечера, и вы на работу в понедельник поедете, а я куда денусь?
– С нами поедешь, – из кустов подал голос Павлов. Он ел малину, и вид у него был счастливый. – Какая тебе разница, в воскресенье или в понедельник?
Ей-то как раз была разница. Павлову не было никакой.
Теща с тестем его уважали, Танька была при нем, что еще нужно усталому мужику в выходные?
– Сейчас еще раз самовар поставим, – пообещал Дмитрий Андреевич. – Елен, пироги остались?
– Полно, – ответила Елена Васильевна, – и до мороженого мы еще не дошли.
А завтра шашлык будет, Клаша. Ты же его любишь!
Клавдия обожала шашлык, и поесть его ей выпадало только раз в году на даче у Ларионовых, но даже такой аргумент, как шашлык, не мог убедить ее остаться.
– У меня завтра дежурство в аптеке, – неловко соврала она. Интересно, они догадались, что это вранье, или нет? – Спасибо. Я так люблю к вам приезжать!..
– Так чего ж не приезжаешь? – спросил Дмитрий Андреевич. Сидя на корточках, он изо всех сил дул куда-то под самовар.
Из самовара во все стороны летели зола и искры. Подошел Андрей, присел рядом и тоже стал дуть.
– Прекратите, – попросила Елена Васильевна, отмахиваясь от летевшей в разные стороны золы. – Наш самовар нежный, он этого не вынесет.
– Вынесет, – уверенно сказал Андрей. Из самовара внезапно повалил дым, словно он решил, что дешевле будет снова разгореться. Андрей покидал в него шишек и сказал, отряхивая руки: – Я тебя довезу, Клава.
