Он едва заставил себя дослушать автоответчик, предлагавший оставить сообщение, и заговорил быстро:
– Ирина Николаевна, возьмите трубку, это майор Ларионов. Это очень срочно и важно, Ирина Николаевна, я знаю, что вы дома, пожалуйста, возьмите трубку. Это майор Ларионов…
Он не договорил до конца.
– Здравствуйте, Андрей, – тихо сказала Ирина Мерцалова. – Я вас узнала.
– Ирина Николаевна, – Андрей говорил преувеличенно спокойно. Этот нарочито спокойный тон Игорь Полевой хорошо знал. – Скажите, пожалуйста, почему в ваших альбомах нет маленького Сергея? Все фотографии начинаются лет с девяти, наверное…
– С семи, – поправила Ирина.
– Надо же, вы не спросили, а мне даже не пришло в голову, что вы не знаете… Сережку усыновили, когда ему было семь лет. До этого он жил в детдоме.
– Я так и думал, – пробормотал Андрей, но умолчал о том, что так думал он последние секунд тридцать. – А в каком детдоме он был?
– В детдоме? – переспросил рядом Полевой. – Мерцалов – в детдоме?
Андрей кивнул.
– Где-то в Удельной, по-моему, – сказала Ирина задумчиво.
– Точно, в Удельной. Мы как-то раз туда ездили даже. Сережка деньги им какие-то возил, и медикаменты, и подарки. Он не слишком долго там был, но все помнит. А про настоящую семью ничего не помнит, кроме того, что мать умерла, а потом пришли чужие люди и забрали его в детдом.
– Ирина Николаевна, я пришлю к вам человека, он заберет у вас альбомы. Ненадолго, – попросил Андрей, чувствуя ее внезапное напряжение. – Мы вернем их вам в целости и сохранности…
– Хорошо, – сказала она.
– А если вам это нужно срочно, я могу сама подвезти.
– Нет, – сказал Андрей твердо. Он был совершенно уверен, что никуда ехать она не может. – Мы сами.
– Ну, хорошо, – сказала она с сомнением. – Спасибо, что позвонили, Андрей, – добавила она, и Ларионов чуть не упал со стула. – Я… благодарна вам, что вы не забыли о… Сережке.
– Что вы такое говорите, Ирина Николаевна, – пробормотал Андрей и повесил трубку.
– Детдом? – спросил Полевой.
– Он что, детдомовский?
– Выходит, так, – ответил Андрей. Он не мог сидеть и поэтому встал и оперся руками о подоконник.
Сергей Мерцалов был детдомовским ребенком, как и Клавдия Ковалева.
Вот тебе и таинственная связь процветающего доктора и бедной аптекарши. Они оба выросли в детдомах. Насколько Андрей понял, в разных. Но они оба – детдомовские…
Он выругался и повернулся лицом к Игорю.
– Я не знаю, что нам нужно делать дальше, – сказал он решительно.
