Он стоял, привалившись к косяку, и прихлебывал из вновь обретенной кружки жидкий чаек. Кофе кончился, а идти клянчить было уже просто неприлично.
Ольга искоса на него взглянула.
– Нежный Евгений Васильевич Бойко – генеральный директор конторы “Интер трейдинг”, которая занимается, насколько я успела разобраться, мелкими биржевыми спекуляциями. Вчера вечером он укатил в командировку в Калининград, а оттуда в Литву. Вернется не скоро.
– Сбежал?! – ахнул Полевой.
– Йес, – на иностранный манер подтвердила Ольга.
– У меня все. Ваша очередь, соколики.
– Пойду я, пожалуй, – сказал капитан Сорокин. – А то еще и меня пахать заставите.
– Как, а меня везти? – жалобно вскрикнула Ольга. – Аж до самого Бирюлева?..
– Да я не домой, – успокаивающе сказал Сорокин. – Я в свою кабинету. Освободишься, свистни.
– У меня какая-то каша, – сказал Андрей, проводив Сорокина глазами. Кружка на животе совсем остыла, и руки стали потихоньку подмерзать.
Живем, как в блокаду. Ни тепла, ни света. Кофе и тот кончился.
– Какая каша? – спросил Игорь.
– Овсяная. Ирина Мерцалова с сильнейшим нервным припадком лежит в своей спальне, и разговаривать с ней нельзя. По крайней мере пока. – Андрей поморщился, вновь ощущая запах лекарств, беды и ненависть, которой его обдавали старшие Мерцаловы. – Во время убийства родители потерпевшего были в театре. Брат, Петр Мерцалов, дома. Это пока никак не подтверждается.
– Ты проверял?
– А как же! У него тоже в подъезде домофон и вахтерша.
Во сколько он приехал, она не помнит, но было еще светло. Был ли он дома весь вечер, точно она сказать не может, потому что несколько раз отлучалась к своей подруге дворничихе, а потом приехал ее муж, который дежурит ночью, и она ушла домой. Муж, конечно, всю ночь мирно прохрапел, и кто там входил и выходил, не знает. Отношения с Сергеем у Петра были не слишком братские. Петр утверждает, что Сергей не врач, а джигит, и что в один прекрасный момент все его успехи обернулись бы против него – он рвался вперед, не разбирая дороги и не утруждаясь тщательными проверками своих методов.
По-моему, он ревнует и завидует, но есть там и еще что-то, я пока толком не понял, что именно… – Андрей машинально потер руку. – По словам отца и брата, Ирина в ту ночь им не звонила, хотя с моей точки зрения, это совершенно естественная вещь.
