Она, правда, говорят, безумно ревниво относится ко всем, кто может заслонить ей свет, но когда успех вновь начинает ей сопутствовать, она снова становится мила и жизнерадостна, и все в труппе ее любят. Так что все нужно делать с умом. Корчить из себя звезду можешь перед чужими, а для своих надо всегда оставаться доброй, простой и веселой.
— А как же Лео? Он же первоклассный артист, а все его терпеть не могут.
— Лео — другое дело. Лео вообще очень неприятный человек. Ты хочешь, например, чтобы тебя все боялись?
— Я хочу, чтобы люди любили меня.
И не хочу, чтобы меня сторонились.
— Очень надеюсь, что последнего не случится, — задумчиво проговорил Джоко.
Они подошли к столовой, откуда доносился аромат жареного бекона. У Мары аж слюнки потекли.
— Так есть хочется… — пробормотала она.
— Ну разумеется, ты же молодая и здоровая. И всего хочешь от жизни. Но помни — залезть на канат тяжело, а сорваться с него ой как просто!
Через неделю Мара вместе с другими четырьмя девушками проходила пробы при наборе в группе гимнасток.
Последние несколько дней она провела в неустанных тренировках — репетировала и одна, и с Лео. Она жутко боялась просмотра, но единственное, что ее успокаивало, — это то, что она многого достигла за очень короткий срок.
Круглый амбар был переполнен — столько собралось зрителей. Здесь был и Джоко, приветливо помахавший Маре рукой, и даже Лео, окинувший ее холодным взглядом черных глаз. Неужели он пришел посмотреть на ее победу или поражение? Нет, Мара должна выиграть, и неважно, какое вознаграждение потом потребует Лео.
Первые две девушки сразу вышли из игры. Им совершенно явно не хватало и техничности, и артистизма. И Мара была уверена, что они не произвели ни малейшего впечатления ни на мистера Сэма, ни на Оли Джонсона, под управлением которого находились все синхронные гимнастки.
Третья девушка, худенькая блондинка с ослепительной улыбкой, выгодно отличалась от предыдущих. Она прыгала легко и воздушно, так, словно это не стоило ей никакого труда.
Мара смотрела на нее с завистью: по технике исполнения девушка была на голову выше ее.
Мара нисколько не удивилась, когда мистер Сэм и Оли Джонсон подозвали девушку после выступления и, быстро переговорив с ней, велели ей идти к Мэй Мэйберри подбирать костюм.
Мара успокаивала себя тем, что в группе осталось еще одно вакантное место, но как только на арену выбежала четвертая претендентка, все ее надежды рухнули.
