Что это? Совпадение? Или все было задумано заранее?
Если заранее, значит — бегство?
* * *В самолете неожиданно выяснилось, что Варварин билет — первого класса.
Она долго не могла понять, чего от нее хочет веселенькая проводница в красном и бежевом, непривычном для русского глаза, костюме, и упиралась, и не шла, и боялась, что произошла какая-то путаница с местами и сейчас ее высадят, проводница все повторяла «прошу, пани» и манила Варвару за собой, а она все не решалась и перегораживала проход, и пассажиры толпились за ней и нетерпеливо выглядывали, а потом оказалось, что место у нее — в первом классе.
Уф, как неудобно.
Как была, в сногсшибательной Димкиной куртке, она плюхнулась в широкое кресло, прижимая к груди худую сумку, где были документы и триста долларов, выданные Семен Прокопьичем стодолларовыми купюрами, и еще роман под названием «Знак беды», позаимствованный у Тани. Рюкзачок с вещами красно-бежевая стюардесса затолкала под сиденье. Варвара пошерудила ногой — вещи были на месте.
Варварин сосед, со всех сторон окруженный газетой, вздрогнул и громко чихнул.
— Будьте здоровы, — пробормотала Варвара.
— Спасибо, — ответили из-за газеты.
— Положить, — весело спросила красно-бежевая, распахивая над головой у Варвары белый ящик и ударяя на слог «ло», — куртка?
— Нет, нет, — отказалась Варвара, старательно улыбаясь. Она слышала, что все иностранцы все время улыбаются, такая уж у них, у иностранцев, сущность. — Я потом. Я сама.
— В лайнер тепло, — проинформировала красно-бежевая, — очень.
Но Варваре не хотелось расставаться со своим сокровищем. Очень уж она была хороша в этой куртке, просто загляденье.
Конечно, не так хороша, как Вика Горина, но ведь говорят, что есть мужчины, которые любят… которым нравятся… полные женщины. Кстати, красотка Вика тоже не замужем, хотя, казалось бы…
Газета вздрогнула, и сосед опять чихнул.
«Простужен, наверное, — решила Варвара. — Как бы меня не заразил».
В кармане рюкзака у нее был тюбик оксолиновой мази, всунутый Таней на всякий случай.
Варвара нагнулась и стала искать мазь. Это было трудно, потому что рюкзак лежал совсем другим боком, и сначала нужно было найти карман, а потом мазь.
Потом заговорили динамики — Варвара все искала и перестала, только когда динамик по-русски извинился за то, что «члены нашего экипажа не говорят по-русски». Так как динамик говорил совершенно точно по-русски, Варвара долго не могла понять, что, собственно, имеется в виду.
Потом самолет поехал.
