Светана прекратила смеяться, села рядышком, обняла ее за плечи, зашептала на ухо успокаивающее что-то. Настаси всхлипывала и бормотала:
-Я ж ему поверила, что для него я звезда недостижимая, что жизнь ему не мила без меня! А он… он… говорил, что любит меня, а любил он княжество мое! Какие слова мне говорил!!
Я тихо сказал:
-Настя, это жизнь. Кто так говорит, не всегда так думает. Он видел, что ты ещё молоденькая, неопытная, вот и обманул тебя. Успокойся, Настя! Все пройдет! Ещё будет у тебя и счастье, и любовь в жизни!
Света поддержала меня:
-Настаси, вспомни, приезжал тогда княжич от соседей, которому отец твою руку обещал.
Хороший парень ведь!
Настя скривилась:
-Ну, хороший. Молчит все время, ни разу комплимента не сделал!
-Зато он сильный и надёжный! Ты вспомни, когда ты поскользнулась на мостках и упала в пруд, он первый кинулся в воду спасать тебя! А все остальные топтались на берегу.
Постепенно девушка успокоилась и уснула, уткнувшись в плечо сестры. А для меня опять тяжёлые раздумья - как попасть в княжеский дворец, не попавшись на глаза степнякам.
Надеюсь, этого урока Насте хватило, и она больше не будет рваться в объятия Китана.
Так мы и ехали не спеша. Ночевали в палатке, но теперь обязательно включали заранее обогревайку и под дно палатки подстилки лапник. По мере продвижения на север становилось все холоднее. Обедали тем, что покупали в сёлах или городках по дороге, ужинали и завтракали тем, что хранилось у меня в рюкзаке. Но и мои запасы тоже подходили к концу. Завтра мы должны пересечь границу нужного нам княжества.
А я пока так и не решил, как удобнее попасть во дворец. Ещё меня беспокоила Настаси. После той встречи с Китаном на дороге она сильно изменилась, стала малоразговорчивой, даже не фыркала и не ругалась, молча делала то, что говорили, как уж могла, после ужина уходила сразу в палатку и ложилась, отвернувшись. Сегодня решил задержать Свету вечером, поговорить с ней:
-Света, а Настя с тобой разговаривает? Может, жалуется на что?
Девушка задумалась:
-Нет, Вик, и со мной она тоже мало разговаривает.
Замкнулась в себе. Я думаю, ей время надо, чтобы все осознать и принять это. Но вряд ли она когда-нибудь простит Китана. Когда вот так, походя, посмеялись над твоими чувствами - это больно!
-Ты так говоришь, как будто знакома с этим…
-Не совсем в том смысле, но да, знакомо. Когда из дворца пришло распоряжение от князя, что мне велено прибыть во дворец - я летала от счастья, что отец не забыл обо мне, что помнит, хочет видеть.
