Вот, сижу, жду, хоть повидаться бы!
Вот почему я никак не могу поверить в материнские чувства? Слишком плохие воспоминания у меня сохранились о прошлой жизни. Устало вздохнув, я присела на скамейку, стараясь сесть подальше от нее, спросила:
-Давай к делу, что тебе надо от меня? У меня времени мало.
Куда сразу девалась ""любящая мамочка""? Изменился и тон, и взгляд, она даже выпрямилась:
-Ну, сама понимаешь, пенсию мне назначили, но она совсем крохотная, по заболеванию. А мне надо на что-то жить.
Ты, смотрю, удачно где-то пристроилась, да и пенсия за отца у тебя хорошая. Сына у меня теперь нет, так что ты сейчас обязана заботиться о матери! Давай договоримся об определенной сумме, которую ты будешь мне ежемесячно переводить.
Я покачала головой, ничуть она не изменилась!
-Ты забыла, сколько мне лет. Пенсию давно мне папину не платят. Ты ещё не старая, просто запустила себя, вполне можешь работать на саму себя. То, что ты отчего-то решила, что я должна о тебе заботиться - чушь! Ты вспомни, сколько раз к нам приходили и из комиссии по несовершеннолетним и из опеки, как постоянно мы стояли на учёте, как неблагополучная семья.
Сколько жалоб на тебя моя классная написала, что ты вовсе не заботишься обо мне. Ни один суд не присудит мне алименты на тебя. Ведь эти все документы сохранились в архиве соцпомощи. Так что никаких денег я тебе не дам. Да и искать меня напрасно не стоит. Я и в самом деле живу за границей, ты меня там не достанешь.
Прощай, думаю, в этот раз навсегда.
Я встала и ушла, не оглядываясь, не прислушиваясь, что она там выкрикивала мне вслед. А зря.
Состояние моральное мое было на нуле. Не хотелось ни видеть никого, ни слышать. Но дома меня ждал Рейнар и он не был ни в чем не виноват. А ещё он был очень наблюдателен и переживал за меня, хоть и старался не показывать этого. И дело даже не в том, что без меня ему не найти дорогу домой, он просто беспокоился! именно за мою непутевую тушку, которая всегда очень ловко может найти приключения на свою пятую точку.
Поэтому посидев на дальней лавочке в нашем дворе (чтобы Рейнар меня с балкона не увидел!), подышав глубоко и размеренно, как учила тетя Аня, успокоилась, и хоть и без выражения глубокого счастья на лице, но спокойно пошла домой. Рейнар меня уже встречал, сознался, что ужасно скучал и беспокоился. Я успокоила его, сказав, что просто долго проходила по магазинам.
