Радостно защебетала:
-А я смотрю - ты или не ты? Ты так изменилась после школы! Я летом многих наших увидела в городе, все на каникулы собрались домой. Я в Новосибирске учусь, сюда первый раз приехала за все время, скучища тут! А тебя давно никто не видел. Слыхали, что ты где-то за границей живёшь? Правда, что ли? Учишься? Или просто живёшь? Смотрю и шмотки у тебя зачётные! Где покупала, в Египте или Турции? Ты же где-то там?
Я, пытаясь вспомнить, кто же именно эта девица, скорее всего бывшая одноклассница, машинально ответила:
-Нет, в Париже, на Рю де ла Пэ.
Нет, я живу в Канаде. Да, я учусь там в Академии...
Девица ахнула, восхищаясь то ли моим пресловутым канадским проживанием, то ли шмотками из парижских бутиков, трещала, предлагала устроить вечеринку бывших одноклассников. В общем, ее было слишком много, у меня даже начало постреливать в виске. Кое-как отделавшись от ""лучшей подруги"" (так она сказала, я очень смутно ее помню, так что не уверена), поймала такси и поехала домой. Но вышла опять у соседнего дома, там, кроме маленького магазинчика, была и небольшая пекарня, откуда всегда плыло облачко смешанных ароматов - горячего, духмяного хлеба, ванили, корицы, каких-то фруктов, цитрусов.
Мне надо было купить хлеба, и решила сегодня нас побаловать свежим тортиком. Когда вышла из пекарни, в одной руке держала пакеты с покупками из города, а в другой несла пакет с хлебом и круглую прозрачную коробку с тортом. Я уже прошла мимо скамейки, на которой сидела женщина, немолодая, бомжеватого вида, когда она окликнула меня:
-Вера, доченька!"
"Господи, да что сегодня, день сурка что ли? Я медленно повернулась.
Я узнавала и не узнавала свою биологическую мать. Мамой назвать ее язык не поворачивается. Раньше, когда этот урод, называемый моим братом по какому-то недоразумению, был жив, она всегда тщательно за собой следила - хорошая стрижка, умелый макияж, маникюр в салоне, приличная одежда. А тут... на скамье сидела седая, с разной длины лохмами, явно немытыми давно, обломанные ногти, какая - странная, ношеная одежда с чужого плеча довершали ее облик.
Она неискренне мне улыбалась неуверенной улыбкой, заговорила дребезжащим голосом. Аа… вот в чем дело - у нее явный недостаток зубов!
-Верочка, доченька, ты что, не признала меня? А я тебя давно ищу! Вот как вышла из больницы, так и ищу! Кто-то говорил, что тебя в этом районе видали, но потом говорили, что ты уехала, да вроде бы даже и за границу. А тут сказали, что тебя опять видели.
