Без всяких просчетов попадаем в тот идеальный период, когда любители красочной карпатской осени уже разъезжаются, а поклонники горнолыжного сезона, который стартует через несколько недель, еще находятся в ожидании.
Мы с Сашей заселяемся в отдельный домик самого шикарного гостиничного комплекса Буковеля. Знакомимся с местным колоритом, наслаждаемся вкуснейшей гуцульской кухней, катаемся на лошадях, много гуляем по лесу и, конечно же, при каждом возвращении в коттедж занимаемся любовью.
– Боже… От тебя дух захватывает… – признаюсь я, пылко краснея, в один их тех раз, когда Сашка раздевается и предстает передо мной полностью обнаженным.
– Хм… Полчаса назад у тебя захватывало дух в хвойной чаще, – дразнит он. – Может, нам все-таки посетить те лечебные процедуры по дыхалке для стариков?
– Са-а-аша… – тяну я и сама слышу, что звучу как маленькая влюбленная дурочка. К счастью, с ним это совсем не заботит. Просто хихикаю над своими мыслями. И продолжаю: – Ты у меня такой большой, такой сильный, такой красивый… – оглаживаю крепкое тело, наслаждаясь не только своими ощущениями, но и тем, как мой мужчина реагирует на меня.
Его мышцы напрягаются. Смуглую кожу стягивают мурашки. Член стремительно наливается и поднимается вверх. А ведь к нему я еще не притрагивалась. Мои ладони курсируют по Сашиным рукам, предплечьям, грудным мышцам. – Очень красивый… – облизываю и закусываю губы.
– Это ты красивая, – выдыхает Саня и подталкивает меня к кровати.
"
"Опрокидывая на нее спиной, ловит ладонями мою стопу. Подозреваю, что изначально намеревался подтянуть, как ему удобно, к краю. Но вот он хмурится и притормаживает.
– Ты замерзла? Ноги ледяные.
– Не знаю… Может, немного… – шепчу, как и всегда, смущенная его заботой сильнее, чем пошлостями, которые он выдает.
Для меня это так непривычно. Возможно, потому что когда-то я в подобной опеке нуждалась критически, а не получив, сформировала против этого какие-то не совсем нормальные защитные реакции.
Пытаюсь выдернуть ногу из Сашиных рук. Только он не отпускает. Разминает пальцы, растирает ступню и даже… Наклонившись, согревает стопу потоком своего дыхания и неторопливо целует.
Это слишком… Слишком смущающе для меня.
– Кхм… Ты не должен… – пищу и задыхаюсь.
Он ведь вскидывает взгляд и смотрит мне в глаза.
Принимаю этот контакт и понимаю, что Людмила Владимировна реально может идти на хрен. Он мой. Весь. Без остатка.
