– Есть такой прием: когда люди говорят что-то, можно слушать их, но не принимать смысл. Пусть остается с ними. На тебя и на твое восприятие не должно влиять. Представь, что ты в стеклянной капсуле. Вы видите друг друга, но, сколько бы твои родители не долбили в нее, разбить ее не смогут. Никто не сможет, пока ты сам этого не захочешь.
Он слушает молча, неотрывно глядя мне в глаза. А я… Только закончив говорить, ощущаю беспокойство. Он ведь не просил совета. И не жаловался. Даже делиться не пожелал. А я зачем-то полезла.
Хотела помочь, конечно. Но не слишком ли много на себя взяла? Воспримет как давление, точно поссоримся.
– Хочу спать с тобой, – выдыхает Георгиев, сбивая меня с толку. Пока я думаю, обижаться ли на то, что он проигнорировал мои слова, или радоваться тому, что не посчитал это, как обычно, манипуляциями, Саша прижимается лицом к моей шее и продолжает шептать еще жарче: – Целую ночь рядом хочу… С тобой… Соня… Малыш… Моя малышка…
И я обо всем забываю.
___________
Всем спасибо❤️❤️❤️
35
Скажи, что хочешь остаться со мной.
© Александр Георгиев
«Представь, что ты в стеклянной капсуле… Никто не сможет ее разбить, пока ты сам этого не захочешь…»"
"Ничего ей не ответил. Но эта речь поразила меня своей глубиной. Не то чтобы я считал Соню поверхностной. Конечно, нет. Все-таки моя одержимость обусловлена не одним лишь голым сексуальным желанием. Мне нравятся ее взгляды на мир, ее отношение к людям, ее умение жить.
Я ею восхищаюсь. Хочу научиться так же.
В какой-то момент рискнул ведь – отбросил все щиты. С Соней стал делать то, чего сам желаю. Отдаваться, ощущать, любить. Наверное, она так и не поняла, но именно ей удалось разбить то стекло, за которым я, прикидываясь бесчувственным, прятался от мира. Удалось, потому что я сам этого захотел.
И не пожалел. Шестнадцать дней, которые мы провели вместе, можно смело окрестить в моей жизни лучшими.
Что до стариков… Думал, спокойно выдержу сорок минут дороги от аэропорта до дома.
Казалось даже, что успел соскучиться. Ведь какими бы душными мать с отцом не были, они оставались моими родителями.
Однако их фирменное мозгоебство началось, едва мы сели в машину.
– Вечером в коттедже у моря собираем небольшую коктейльную вечеринку, – важно известила мать. На это я еще отреагировал здраво. Возмутило, конечно, что они, бывая за городом пару раз в год, вдруг именно сегодня туда намылились. Но я не возбухал. Вообще ничего не сказал.
