И с неоправданной силой тяну за волосы, там, где их можно сгрести в ладони.
С губ совершенно немыслимые звуки срываются – громкие, хриплые и рваные. Я немножко их стесняюсь. Но этот стыд не остужает. Напротив, распаляет еще сильнее. Тем более, что Саша себя тоже не тормозит – влажно причмокивает, надсадно дышит, мычит и даже порыкивает.
– Такая вкусная… Блядь… Почему ты такая вкусная?.. – вместе смотрим на мою припухшую и раскрасневшуюся грудь. Я смущаюсь, а ему, по всем признакам, в кайф. – Блядь… Твои соски, твои сиськи – охуенные… Пусть будут моим фетишом… Ты такая сасная[1]… Такая моя… Моя… – глядя в глаза, обрушивает такие чувства, что я себя теряю.
– Я так долго тебя хотел… Так долго…
И снова я не успеваю ответить. Саша приподнимается, перемещается и, заставив меня подтянуть ноги, садится на шезлонг верхом. Чувствую его пальцы на своих бедрах, но не позволяю их раскрыть.
– Дай посмотреть, – обезоруживает тембром.
А еще – взглядом.
Как ему отказать? Не могу.
Киваю и медленно раздвигаю ноги.
Прикрываю глаза, когда Саша сливает свой взгляд туда… Но, когда он ничего не говорит, мне становится тревожно. Привыкла, что Георгиев, пусть хотя бы матами, но выражает свои впечатления. А тут вдруг ничего. Только тяжелое прерывистое дыхание. Вроде как все должно быть нормально – я все волосы удалила, и у меня там во всех смыслах порядок.
И все же…
Открываю глаза, чтобы посмотреть ему в лицо."
"Сверкающая тьма в порочных глазах. Приоткрытые губы. Бурно вздымающаяся грудь. Все, что я способна проанализировать, прежде чем меня затапливает очередная волна смущения.
Ведь Саша трогает пальцами. Вздрагиваю и снова прикрываю глаза. Безумно стыдно из-за того, что он видит и чувствует, какая я мокрая. Кажется, более сильного дискомфорта попросту невозможно испытывать. Так я думаю, пока мое возбуждение ко всему еще и не становится слышимым – Саша просовывает пальцы между губ к влагалищу, и там чвакает.
– Боже…
Не выдержав этого накала, нахожу единственное спасение… Резко сажусь и иду в ответную атаку – обхватываю трясущейся ладонью член.
Каменная и угрожающая штуковина заставляет рухнуть все преграды. Или так только кажется, когда Георгиев со стоном пошатывается и подается вперед, а мне приходится выпрямить спину и стать ему опорой.
– Я тоже посмотреть хотела… – шепчу, не рискую больше шевелиться.
Саша со свистом выдыхает и, впиваясь пальцами в мои бедра, дергает меня на себя, пока мои расставленные ноги не оказываются поверх его колен.
