— На этой неделе произошло много событий, и я думаю, нам нужно поговорить об этом, — осторожно сказал папа.
— Вся эта история с дневником была просто розыгрышем, — начала я, но мама прервала меня.
— Ты действительно подала документы в колледж в Калифорнии? Неужели не нашлось ничего подальше? Разве на Гавайях нет хорошей программы по эпидемиологии?
Ауч, ее первый удар был безжалостным. Этот разговор обещал быть нелегким.
— Дорогая, дай Лили сказать и объяснить все самой. — Тон моего отца был полон фальшивой уверенности человека, который убежден, что всему есть разумное объяснение.
— Что все это значит? — продолжил он. — Это правда, что ты подала документы в Калифорнию?
Во рту слишком пересохло, чтобы говорить, и я медленно кивнула.
Моя мама издала тихий, страдальческий возглас."
"— Ладно, все в порядке. — Папа похлопал ее по руке. — Почему ты это сделала, милая? Ты можешь рассказать нам?
Я уставилась на них, слова теснились в моей голове, но все они казались неподходящими.
— Лили? Почему ты молчишь? — взорвалась моя мать.
Чего ты ждешь? С каждым днем будет только труднее. Неужели тебе приятно лгать им? — Раздражающий голос Кейдена зазвучал в моей голове.
— Я… я не знаю, что сказать, — слетело признание с моих губ. — Я могла бы притвориться, что мне просто нравится идея жизни в Кали, и местное солнце, или что их колледж — это моя мечта, а программа там лучше, чем здесь, но это было бы ложью.
Родители были шокированы моими словами. Они явно не ожидали такого откровения.
Но слова Кейдена всколыхнули что-то внутри меня, то, что так долго было зажато.
Когда ты перестанешь быть такой гребаной трусихой? Сегодня, — я наконец ответила ему мысленно. Я перестану сегодня, и будь что будет.
— Лили, — начал папа.
— Я не хотела вам говорить, потому что не хотела вас расстраивать. Всю свою жизнь это тебя было тем, чего я боялась больше всего. — Я натянуто рассмеялась, пытаясь перебороть страх, бушующий во мне. — Ни плохих оценок, ни непопулярности, ни насмешок… разочаровать вас было моим кошмаром.
Я переживала за свои оценки только потому, что вы переживали. Вы оба так чертовски сильно переживали.
Родители в ужасе уставились на меня, как будто я была человеком, которого они не знали. Я продолжила:
— Я не обвиняю вас и не говорю, что это что-то плохое. Это потрясающе. Вы подтолкнули меня работать намного усерднее, чем все остальные, чтобы добиться гораздо большего.
