Медленно я подняла глаза вверх. Мне было так холодно, что я не чувствовала своих губ. Я моргнула, глядя на Кейдена сквозь пелену дождя. Его бурные глаза казались черными ямами в темноте. Он пристально смотрел на меня. Теперь меня неконтролируемо трясло.
Он выругался себе под нос и резко наклонился, взвалив меня на плечо, словно я была невесомой.
— Куда м-мы идем-м? — спросила, стуча зубами.
Дождь продолжал заливать нас, пока Кейден нес меня обратно в направлении катка.
— Н-нет, я не хочу в-возвращаться туда, — слабо запротестовала я.
Я замерзла, мне было больно и страшно, но в то же время я чувствовала смирение. Кейден Уэст был полон решимости разобраться со мной, а у меня не хватало сил сбежать от него.
Кроме того, возможно, во мне оставалось немного любопытства. Крошечной части меня было интересно узнать больше об этом человеке, который ворвался в мою методичную, упорядоченную, защищенную жизнь и взорвал ее изнутри. Какова была реальная история, стоящая за всем тем, что я слышала о нем? Я не могла не задаваться этим вопросом.
Мы добрались до катка, и вместо того, чтобы спуститься на лед, чтобы помучить меня еще немного или отрезать от меня кусочки, он направился вниз, в раздевалку.
Внутри раздевалки было еще темнее, чем везде. Кейден пошарил по стене и включил одну из верхних ламп.
Воздух наполнил странный звук. Что-то очень невнятное. С ужасом я поняла, что он исходит от меня. Это был озноб; при каждом вздрагивании у меня изо рта вырывался непроизвольный вздох.
Кейден прошел мимо шкафчиков прямо в душевую.
Это было большое открытое пространство с рядом металлических душевых леек, расположенных вдоль плитки.
— Держись, — пробормотал он, включая три крана и настраивая горячую температуру. Через мгновение в воздух поднялся пар. Он отнес меня в душевую кабину, расположенную посередине, и встал прямо под струю воды.
Обжигающая вода просочилась сквозь мою мокрую одежду и заструилась по спине. Я зашипела. Было так горячо, что почти больно. Кейден спустил меня вниз.
Каждый дюйм моего тела прижимался к нему в медленном скольжении, пока мои ноги не коснулись пола. Я ухватилась за его плечи для равновесия, приподняв ушибленную лодыжку. Вода лилась на нас, окутывая паром.
— Теперь ты пытаешься меня утопить? — спросила я, мои зубы, наконец, перестали безудержно стучать.
— У тебя были синие губы, — произнес он отрывисто, но в его глазах было что-то другое. Необъяснимое. Даже бездонное. Я могла бы смотреть в эти глаза вечно.
