— Вы думаете, мы не просили?! Да, не здесь, но в других местах. Нигде никому не нужны чужаки! Мы впервые решили угнать корову, никому до этого не причинили вреда! А тут… — мужчина мотнул косматой головой.
— Вы думаете, я поверю в ваше раскаяние? Ваши дружки-то не сильно переживают! Даже смотрю, довольны происходящим! — Эрина сжала руки в кулаки.
— Это не правда! — выкрикнул тот, который ответил первым. Эрина увидела, что его улыбка, вовсе не улыбка, через всю щеку до самого рта у мужчины шел шрам, искажая лицо, и в темноте женщина приняла его за довольную улыбку.
— Вас кормили? — Эрина сменила гнев на милость, хоть до конца и не верила им, но по опыту, пусть и не очень большому, знала, что не может обвинять людей в том, о чем она не знает.
— Нам дали воды, — она кивнула и пошла на кухню, распорядиться, чтобы пленников покормили.
— Да как же так? Кормить извергов? — Бана взмахнула руками.
— Мы не знаем, что произошло на самом деле? А заморив их голодом, точно уже ничего не узнаем, — Эрина строго взглянула на помощницу Агаты, та опустила глаза и пошла, собирать еду для пленников.
— И передай страже, что я проверю! Узнаю, что нарушили мой приказ, будут наказаны! — Эрина не могла думать о еде, ее переполняли противоречия. Вроде не должна верить им, но как говорится: ""Глаза — зеркало души"". Она видела усталость, безнадежность и раскаяние в глазах мужчин. Ну не похожи они на разбойников, даже не смотря на свой потрепанный вид. Хоть женщина и не встречалась с разбойниками до этого момента, но была уверена, что люди, решившиеся вести такой образ жизни, не стали бы покрывать виновного и выдали бы его при первой же возможности и ни за что не стали бы интересоваться здоровьем мальчика.
— Габи, как Зак? — Эрина с капитаном, уже подходили к дому Зака, когда увидели у калитки лекарку.
— Все хорошо. Он пришел в себя. Вы можете с ним поговорить, — Габи была такой же бледной, как и вчера. Женщина и мужчина вошли в дом. Дора, поняв, что ее сыну лучше, выглядела веселее.
— Лея! — Зак лежал на кровати, его бледный вид вызвал в душе женщины тревогу, но его улыбка и светящиеся радостью глаза, были подтверждением его улучшающегося самочувствия.
— Зак! Мы так волновались о тебе! Как ты себя чувствуешь? — Эрина присела на край кровати, а Кел пододвинув табурет сел рядом.
— Правда? Вы волновались обо мне? — мальчик робко поднял на женщину глаза и покраснел.
— Правда, очень волновалась! — Эрина улыбнулась мальчику и взяв его маленькую руку в свои, нежно сжала ее.
