И заяву на этих оглоедов накатаешь, я завтра Витьке участковому отвезу.
— Не надо заяву! — подхожу к Кате, складывая руки в умоляющем жесте. — Не надо!
— Даже так? Хорошо… Ну ты хоть расскажешь, что это за красавчики?
Киваю. Рассказать, конечно, придётся. Правда, сразу не получается — к бабушке приходит Казимир, она закрывает меня в доме и уезжает до вечера, а вечером… звонит отец.
Глава 21
Лика"
"Трубку брать совсем не хочется. Не слишком ли много стресса для одного дня? Ещё от нападения голодных волков отойти не успела, как мой отец нарисовался! Если честно, я пока вообще понятия не имею, как с ним общаться.
Всю жизнь думать, что отец родной, чтобы потом… Эх, папа, как же ты так мог?
Телефон не перестаёт вибрировать. Сижу в спальне, на окнах шторы, а меня всё ещё потряхивает после утренней сцены с Волками. Отец звонит так настойчиво, что я начинаю переживать, что в случае, если не возьму трубку, он решит сюда заявиться?
Скрепя сердце, всё же, отвечаю:
— Да?
— Лика! Лика, почему ты не берёшь трубку? Ты где?
— Что ты хотел, отец? – устало отвечаю вопросом на вопрос.
— Детка, ты почему сбежала? – он старается говорить мягко, но я слышу пробивающиеся в тоне его голоса стальные нотки. – Ты понимаешь, как сильно подставила нашу семью?
— То есть тебя, ты хотел сказать? – держусь отстранённо. Хватит ему пудрить мне мозги! Больше не позволю!
— Мы с тобой в одной лодке, — хмыкает он. – Меня поражает, что ты не понимаешь важность этого брака для нас, для тебя! Ты же будешь обеспечена до конца дней!
Ага, как же! И конец моих дней замужем за Хрюниным наступит сразу после свадьбы – в первую брачную ночь! Потому что я скорее умру, чем лягу с ним!
— Я не хочу быть обеспеченной таким человеком, отец! Он старый, неприятный и… он меня не уважает!
— Ну почему же, очень даже уважает! – продолжает убеждать отец.
– Он с тебя будет пылинки сдувать! А внешность в мужчине – не главное! Главное – забота, финансовая состоятельность и стабильность, которую он может дать своей семье!
Стабильность?! Хрюнин разводится с жёнами как только им тридцать исполняется! Оставляет себе детей, а жёны идут в дальнее пешее! Мотаю головой, вздыхая.
Видимо, отцу не понять! Или же, наоборот, понять? Может, отец всё прекрасно понимает, просто считает меня настолько идиоткой, что думает, я поведусь на его убеждения?!
— В общем, — продолжает он как ни в чём не бывало. – Прекрати дурить и возвращайся! Владимир Павлович – широкой души человек.
