Носов открывал ворота, прощался с москвичами, о чем-то говорил с выглядывающей из машины Миленой, а я махнула ребятам рукой и пошла в дом, за новым мешком корма. Судя по остаткам разорванной упаковки, предыдущий пакет мой собакен уже одолел. Хорошо хоть, воды в бочке было много, и от жажды он не мучился.
В душе и в голове царил сумбур. Я то и дело с тревогой поглядывала на соседский дом, но там царила тишина. Шторы плотно закрывали окна, во дворе движения не наблюдалось. Если бы не стоящая рядом с забором машина, обстановка казалась бы совершенно обычной.
– И что у вас с Ильей? Все серьезно или так, от скуки?
Голос Пашки заставил меня отвлечься от беспокойных мыслей.
– Паш, давай пока не будем об этом? Я и сама толком ничего не знаю.
Нет, про себя-то я все еще с первой нашей встречи с Ильей поняла, но где гарантия, что у него ко мне такие же чувства? Может, он воспринимает то, что произошло, как обычную курортную интрижку?
– На тебя это не похоже, Даш, – не отставал Носов. Он бросил рюкзак рядом со ступеньками и повернулся ко мне.
– Ты все и всегда знаешь.
– А вот сейчас не знаю.
Я не могла оторвать взгляд от зашторенных окон. День клонился к вечеру, солнце медленно садилось за макушку горы, но в доме Баженова свет не горел. Чего они там в темноте сидят?
На душе стало еще неспокойнее.
– Даш, я тебе как друг говорю – держись ты от этого Ильи подальше. Ты видела, какие парни к нему приехали? У них же на рожах написано – братки! – не унимался Пашка. – Да и Баженов этот тоже на законопослушного гражданина не похож.
Вылитый клиент твоего папаши. Мне он сразу подозрительным показался.
– Хватит, Паш, – оборвала я друга. – Вообще-то, если ты не забыл, Илья тебя от смерти спас. И никакой он не бандит.
– А кто? Ты хоть что-то о нем знаешь?
– Он врач. Хирург.
– А, ну все понятно, – закивал головой Пашка. – У бандитов обязательно должен быть свой продажный врач, чтобы было кому пули вытаскивать и раны после перестрелок зашивать.
– Носов, если ты сейчас же не выкинешь из головы эту чушь, мы с тобой серьезно поссоримся.
Я уставилась на друга, пытаясь взглядом передать Павлику все, что его ждет, если он не заткнется.
– Да ладно, Даш, я же о тебе беспокоюсь. Сама знаешь, Станислав Вениаминович мне голову открутит, если с тобой что-нибудь случится.
Можно подумать, отцу есть до меня дело. Это раньше он тщательно следил за моей жизнью, а теперь все иначе. Не нужна я ему. И Лизка с мамой, и внуки. У него теперь новая жизнь.
