– Даша, ты что-то хотела?
Таир повернулся ко мне и посмотрел с непонятным интересом. А потом покосился на Илью, и я поняла, чем вызван этот интерес. Видимо, сторож пытался вычислить, что между нами происходит. Если бы это было так легко…
– Ты сказал ему про медведя? – не отвечая Таиру, спросила у Баженова.
Тот молча кивнул.
– И что будем делать?
– Все, что нужно, мы сделали. За ним уже вылетели, – спокойно сказал Илья, но прозвучало это как-то странно. Как будто Баженов пытался от меня что-то скрыть.
– Как вылетели? Его что, убьют?
Я похолодела. И снова вспомнились умные черные глаза, круглые ушки, крупная морда. Нет, медведя нельзя убивать, он же не опасен!
– Успокойся, никто никого убивать не собирается. Этого шатуна уже две недели ищут, он из домашнего зоопарка сбежал, – пояснил Илья, но посмотрел не на меня, а на Таира.
– Выходит, он ручной? Так вот почему он меня не тронул!
Все сразу встало на свои места – и поведение медведя, и его мирный настрой, и обиженный рев, сопровождающий наше отступление.
– Это не повод считать его неопасным. В первую очередь он зверь, не стоит об этом забывать, – тихо сказал Таир, и его глаза как-то странно блеснули. – Так что, чем быстрее он покинет окрестности базы, тем лучше.
– Да и нам неплохо бы их покинуть, – усмехнулся Илья и посмотрел на меня так, будто пытался что-то для себя решить. А у меня от его взгляда мурашки по коже побежали и дыхание сбилось. – Ты позавтракала? – после минутной паузы спросил Баженов.
Я кивнула.
– Тогда идем собираться. Нужно уходить отсюда.
– А ты поесть не хочешь? Там чай с бутербродами.
– Не сейчас."
"Илья ухватил меня за руку и завел в дом. Не успела за нами захлопнуться дверь, как Баженов прижал меня к стене, одним движением стянул мою футболку и подхватил под бедра. А в следующую секунду его губы обрушились на мой рот, Илья оттянул край стрингов вниз и резко вошел, сразу начиная двигаться. И этот напор, даже жажда, которую я чувствовала в Баженове, сметали любые недомолвки.
Я плотнее обхватила ногами крепкий торс, обняла Илью и отпустила себя, позволяя ему все.
Дыхание срывалось, размеренный поначалу ритм ускорялся, выбивая из меня невнятные стоны, внутри снова горел пожар, и каждое движение раздувало его все сильнее, все ярче, все неотвратимее.
– Никогда больше не смей рисковать, – глядя мне в глаза, сбивчиво прошептал Илья. – Слышишь?
Я только согласно простонала в ответ.
