Довольно долго они лежали молча, прислушивались, но отсюда ничего не было слышно, а потом вдруг так загрохотало, что обе вскочили.
– Я тебя пристрелю! – орали где-то близко. – Пошел вон отсюда!
– Это кто? – быстрым шепотом спросила Марина.
– По-моему, Марк, – так же быстро ответила Алла. – Тише!
Снова загрохотало, как будто по лестнице пронесся конный отряд, внизу громко заговорили, хлопнула дверь.
– Кто-то ушел?.. На улицу?
Алла откинула одеяло, подобралась к окну и долго всматривалась. В метельной круговерти проявилось размытое световое пятно.
Оно крутилось и двигалось.
– Человек, – сказала Алла. – Вышел из дома. Уходит.
– Куда?! Там метель!
Световое пятно еще поболталось немного, а потом пропало.
– Может, пойти посмотреть?
– Нет, Марина. Нельзя.
Они еще долго сидели в темноте и тишине, настороженные и испуганные, из глубины дома не доносилось ни звука, только метель терлась снаружи о лиственничные стены.
…Что-то случилось, думала Алла. Что-то серьезное и непонятное и от непонятности страшное.
Утром она растолкала Женьку, решив её одну больше не оставлять, – та хныкала и валилась на спину, – заставила умыться, одеться и повела завтракать. Марина спустилась первая, очень собранная и сосредоточенная.
В кухне хозяйничала безмолвная Зоя Петровна, еще более суровая, чем обычно.
– Ночью какой-то шум был, – сказала Алла, поздоровавшись, – вы не слышали?
Зоя Петровна помешивала что-то в чугунке.
– Не нашего ума дела, – буркнула она, – кашу или яичню?..
– А вы яичницу на сале жарите?
Притащился Петечка, спросил про Интернет и уткнулся в «приложения».
Потом явился Антон, румяный и деловитый, и сказал, что из-под горки до большого дома шел полчаса и всё время держась за канат – так метет.
– Я у Кузьмича в доме ночевал, – объяснил он, отодвинул стул, уселся и подмигнул Женьке. – Я всегда там ночую.
– А сам где? – подала голос Зоя Петровна.
– Не знаю, – удивился Антон. – Еще не вставал.
Алле показалось, что это сообщение поразило Зою Петровну до глубины души.
До такой степени, что она отвернулась от своего чугунка и взглянула на Антона.
Должно быть, у обыкновенного человека это означает: не может быть, что ты говоришь, как такое могло случиться, здесь что-то не то!..
Потом появились Степан с Володей – вместе, но как будто отдельно друг от друга.
Дураки мальчишки, подумала Алла.
Марк, очень сердитый и невыспавшийся, зашел и спросил, где Кузьмич.
– Говорят, не вставали, – ответила Зоя Петровна бесстрастно.
