– Жень, тебе чаю или кофе сварить?
– А что, есть кофе?
– Есть всё что угодно! – Игорь не вошел, а как будто даже вбежал следом. Сидевшая за столом троица разом повернула головы. – Есть шампанское! Хотите шампанского, милая Женя?
– Конечно, хочу! Аллочка, шампанское! Я хочу, хочу!.. Давайте скорей выпьем шампанского! А где собачка? За нами вчера пришла собачка! Я думала – волк, а потом оказалось, что не волк! Это когда уже мальчишки ушли!
Тут она, громко топая ногами в носках, подбежала и поцеловала в щеку сначала Петечку, а потом Степана и потрепала их по вымытым макушкам.
– Фу, какой колючий! Мальчишки, вы зачем ушли? Мы так переволновались! А где Марк? Он нас спас!
Степа отстранил от себя дуру и поднялся навстречу вошедшим.
– Я Степан, а это Пётр и Дмитрий, – представил он хмуро, не выходя из роли, и Алле пришлось сделать надо собой усилие, чтобы сообразить, кто такие эти Дмитрий и Пётр. – Мы все из Москвы.
– До Москвы отсюда далече, – непочтительно отозвался вертолетчик Антон.
– Вы прямо оттуда на лыжах шли?
Женька подцепила какой-то кусок с тарелки Димана, засунула в рот и спросила:
– А это тоже кабан? Вчера был кабан, отличный! А где Марк? Вчерашний?
– Работает.
– А его друг? Который старый? Ну, то есть сначала мне показалось, что он старый, а потом оказалось, что молодой! Ой, мы бы без них пропали совсем!
– Жень, не тарахти, – в кухню вошел Володя в брезентовых штанах, которые на кордоне «полста-три», по-видимому, выдавались всем гостям, и толстом свитере тоже из местных запасов, а за ним Марина.
– Я Владимир Кравцов, руководитель группы.
– Да, он у нас наруководил! – глядя мимо, процедил Степан.
– Стёпа. Хватит, замолчи.
– А шампанское?
– Сейчас, сейчас будет! Антош, подсуетись! Какое девушки предпочитают? «Вдову Клико» или «Моэ-Шандом»?
– «Моэ», «Моэ»! – закричала Женька в неописуемом восторге. – А давайте все на улицу пойдем пить шампанское под снегом, а? Я так люблю снег!
– Оттого и в поход, наверное, отправились? – спросил ехидный Антон.
Он производил странные манипуляции – достал откуда-то загнутую железяку, похожую на кочергу, и стал ею ковырять чистейший и гладкий лиственничный пол!
– Да нет, ну, в поход я просто так пошла, потому что это круто! Никто не ходит ни в какие походы, а я пошла! Мне папа подарил самые крутые лыжи!
– Лучше б он тебя по попе этими лыжами отходил, – вдруг сказал поблизости Кузьмич и подошел к Антону. – Пусти, я сам.
