Я понял, что в область везут, в сторону Посада. И решил обогнать, чтоб гайцов предупредить, наверняка там пост должен был быть. А они, оказывается, меня спалили, и, пока я объезжал, бортанули. Я улетел. Как живой остался - не знаю, без защиты же, только шлем. Был. Он и спас. Очнулся - в фургоне уже, связанный. И ты рядом, без сознания. Потом мне еще раз по башке дали и вырубили. Второй раз пришел в себя, уже не показывал, что в сознании. Они разговаривали, я слушал. И услышал, что тебя заказли. Пока что похитить. А потом уже как пойдет.
Они ждали заказчика в этом доме. Не знаю, зачем так далеко надо было везти, почему нельзя в Москве было...
- А... Зачем... Похитили?
Ну, Кошка, у тебя и вопросы... Вит только плечами пожал. Они не сказали, зачем. И имени заказчика не назвали. И непонятно было, что дальше собирались делать. Явно не убийцы, по крайней мере, не профессионалы. Его потому что не убили, в живых оставили. А он так удачно прикидывался без сознания, что даже не трогали. Просто в сарае свалили рядом с домом.
И в следующий раз Вит увидел одного из похитителей, здоровенного молодого парня с лицом настолько тупым и бессмысленным, что становилось понятно: ни о каких разговорах речи не пойдет, странно, что он вообще помнит, как слова звучат, уже в дверях сарая. Когда тот пришел за ним, чтоб Вит помог вытащить из дома и закопать труп его напарника. И это как раз из тех воспоминаний, которые не захочешь хранить в памяти. И рассказывать нежным кошкам.
Трогает кошка лапкой луну в окошке,
Звезды на небе ловит, легко мурлыча.
Путник, остановись, погляди немножко,
Как собирает кошка свою добычу.
Только глаза сверкают под облаками,
Узкий зрачок пунктиром следит упрямо,
Как высоко звезда в небесах мигает,
Свет отражает потусторонний самый.
Небо лишь улыбается благосклонно,
Видя двойное звездное отраженье,
Кошке на крыше весело и свободно,
И никаких проблем, никаких сомнений.
Кошка, изящно выгнувшись, тихо прыгнет,
И, замурлыкав, носом в ладонь уткнется.
И на тебя из глаз ее звезды сыплют,
Небо даря все сразу, луну и солнце.
М. Зайцева.
Вит, посчитав, что объяснил все, что на данный момент необходимо, просто отвернулся и задумчиво прикусил травинку. Он еще основного не сказал Кошке. И не знал, как начать. Так, чтоб не напугать окончательно обессилевшую девушку.
Она ему доверилась, шла, трогательно держась за хлястик рюкзака... И теперь сложно, очень сложно было сказать, что он, на самом деле, не особо разбирается в ориентировании на местности.
