Даллес и японский премьер Сигэру Ёсида подписали договор «О безопасности», узаконивший оккупацию Японии американскими войсками на ближайшие десять лет.
Как известно, во 2-й статье Сан-Францисского договора было указано, что Япония официально отказывается «от всех прав, правооснований и претензий на Курильские острова и на ту часть острова Сахалин и прилегающих к нему островов, суверенитет над которыми Япония приобрела по Портсмутскому договору от 5 сентября 1905 г.». Однако при этом она, как и США, не признала суверенитет Москвы над этими землями, и в этой связи Вашингтон постоянно требовал от Токио всё более ужесточать свои требования по территориальному вопросу.
Более того, госсекретарь Дж. Дал-лес прямо заявлял, что если Япония проявит уступчивость и согласится с вхождением этих островов в состав Союза ССР, то США также будут считать себя вправе неограниченно долго оккупировать острова архипелага Рюкю, в том числе Окинаву, что было закреплено и в 3-й статье Сан-Францисского договора, и в американо-японском договоре «О безопасности».
Во многом по этой причине японское правительство С.Ёсиды уже с конца 1951 года на постоянной основе стало оспаривать право советской стороны на обладание четырьмя островами Южно-Курильской гряды (Итуруп, Шикотан, Кунашир и Хабомаи) на том основании, что якобы географически эти острова никогда не относились к Курильской гряде. Хотя этот крайне сомнительный тезис был давным-давно и полностью разбит советскими и российскими учёными, в частности К.
Е.Черевко в его работах «Несостоятельность территориальных притязаний Японии к СССР» и «Отказалась ли Япония по Сан-Францисскому мирному договору 1951 года от гряды (группы) Курильских островов или ото всех Курильских островов?»[729].
Однако в конце декабря 1954 года после отставки правительства С.Ёсиды и прихода к власти лидера объединённых либерал-демократов Итиро Хатоямы ситуация резко изменилась, и уже в марте 1955 года, выступая в парламенте страны, он откровенно заявил, что «Ялтинское соглашение было по существу признано Сан-Францисским мирным договором, по которому мы отказались от этих территорий», что создало очень зыбкую, но всё же реальную почву для нормализации советско-японских контактов.
Позднее об этом же писали и ряд крупных японских спецов по международному праву, в частности профессора К.Тэрасава и К.Тайдзюдо, утверждавшие, что в данном случае главенствует принцип uti possidetis — «каждый владеет тем, чем владеет»[730].
