Пыжиковым, которые прямо говорят, что «на XX съезде, грубо говоря, была совершена подмена», а лозунг «о мирном существовании», выражавший давние чаяния советских людей» был выдвинут «для его же, по сути дела, обмана»[353]. По их твёрдому мнению, доктрина «мирного сосуществования» стала утверждаться в советской внешней политике задолго до XX съезда КПСС. Оценить всю бессмысленность холодной войны вынудила Корейская война и в результате всего через семь месяцев после её начала и Москва, и Вашингтон осознали, что победу даже в таком довольно локальном военном конфликте может принести лишь применение ядерного оружия.
Поэтому не сговариваясь руководство СССР и США было вынуждено «отказаться от столь высокой платы за весьма призрачный успех» и стало делать первые, пока ещё очень робкие шаги к примирению. Зримым проявлением этих шагов стали два события апреля 1951 года: выступление постоянного представителя СССР при ООН Якова Александровича Малика с призывом начать мирные переговоры и отстранение от должности главкома ооновских войск генерала армии Дугласа Макартура, предложившего нанести атомный удар по китайским войскам, воевавшим на стороне Пхеньяна.
Затем последовали и ряд других шагов. В частности,
в начале апреля 1952 года, буквально накануне открытия в Москве Международного экономического совещания, газета «Правда» опубликовала «Ответ товарища Сталина на вопросы группы редакторов американских газет», в котором он дословно заявил, что «мирное сосуществование капитализма и коммунизма вполне возможно при наличии обоюдного желания сотрудничать, при готовности исполнять взятые на себя обязательства, при соблюдении принципа равенства и невмешательства во внутренние дела других государств»[354].
После смерти И.В. Сталина тезис «о мирном сосуществовании» активно стали использовать в своих докладах и речах многие советские руководители, в том числе Г.М.Маленков, В.М.Молотов, К.Е. Ворошилов и Н.А.Булганин, и во многом благодаря ему Москва наконец-то смогла положить конец Корейской войне, восстановить дипломатические отношения с Югославией, возобновить работу СМИД, что дало возможность провести Женевскую встречу лидеров четырёх великих держав и, наконец, ликвидировать ещё один серьёзный военный конфликт — в Индокитае.
"
"Однако, как верно подметил Ю.Н.Жуков, обо всём об этом ни в докладе самого Н.С.Хрущёва, ни в речах партийных делегатов не было сказано ни слова.
