Если бы меня не пытались убить и не плели против меня заговоры, я бы счел это личным оскорблением. Я считал, что Ивари — вернее, ты, — вы этом замешана. Потому что из-за связи истинности, которая то появлялась, то исчезала, буквально сходил с ума.
Я кивнула.
— Об этом я и говорю. Возможно, она в самом деле была в этом замешана. Что, если Ивари не купила приворотное зелье — что, если его ей подсунули?
Он молчал и хмурился. В комнате было уже светло, я отлично видела задумчивое выражение его лица.
— Ты хочешь сказать, что руками Ивари меня пытались отравить?
— Именно.
Причем за всем этим стоял кто-то, кто отлично знал ее, тебя и понимал, с какой стороны подойти к наивной девочке. А ее саму попытались убрать, как только попытка провалилась — чтобы не смогла разболтать тебе лишнего. Она не пыталась отравиться. Ее убили.
Алан сжал зубы.
— Твари. Это значит, что…
— Что потом Ивари попытались убрать еще раз — напав на карету. И в курсе кто-то из твоих домашних. Потому что…
— Потому что только кто-то из домашних мог знать, что ты, дорогая моя, поехала не в монастырь, а в этот дом.
В чьем присутствии ты об этом говорила?
Я закусила губу.
— Всего пару человек слышало. Это… — Я задумалась, вспоминая все в подробностях, и тут снаружи раздались громкие рассерженные голоса. Мигнула вспышка магии, яркая, как молния. — Что за черт?!
Обернувшись, я уставилась в окно и обомлела.
Глава 46
— Что там? — подошел ближе Алан. — И что такое “чер…” Да мать их, они там совсем охренели?
Снова мигнула вспышка, которая на миг меня ослепила.
Проморгавшись, я уставилась на небольшую толпу, собравшуюся за пределами защитного купола. В двух грузных фигурах я узнала мэра Освальда и Долорес, за их спинами взволнованно переговаривались горожане, а еще… еще рядом стояли трое человек в форме. Не похожи на полицейских. И… они что, неблагие? Почему они какими-то вспышками атакуют мой купол?
Видимо, с утра я соображала медленно, раз не могла сложить два и два. Каждая новая сверкающая атака высвечивала толпу людей, которые кричали, спорили, выясняли между собой отношения.
Что за…
— Иви, — позвал Алан. — Так кто, ты говоришь, из моих домашних слышал про то, что в монастырь ты не едешь?
Я обернулась.
— Может, мы… позже поговорим. — Очередная вспышка — и всплеск криков. Я вздрогнула. — Алан, кто это?..
— Боюсь, лучше выяснить все сейчас, — пробормотал он. — Чтобы я лучше понимал обстановку. Сможешь вспомнить?
Я совсем растерялась из-за мягкого в самом деле вопросительного тона.
