Работа у меня просто вредная — для юбок. Быстро покрываются заплатками.
— Ничего. Закажем у портнихи для тебя новую.
— Но дети…
— Им, в отличие от тебя, есть что носить. Идем. Городская мэрия платит. Не добровольно, зато щедро.
Я невольно рассмеялась.
***
Вечером я сидела у себя в кабинете и подсчитывала наши траты за прошедший месяц, когда в дверь поскреблись.
— Да?
Дверь скрипнула. На пороге возникла невысокая фигурка в неизменном черном платье и с двумя толстыми косами цвета воронова крыла.
— Мелисса? Что-то случилось? Ты уже должна спать.
Фыркнув, она скрестила руки. Не учи, мол!
— Что случилось? — повторила я.
— Так ты в самом деле хочешь показать нас на этой ярмарке? — выпалила она, подходя ближе. — Как цирковых уродов?
Я нахмурилась.
— Нет. Я хочу…
— Неважно, чего ты хочешь! — отрезала Мелисса, блестя глазами, которые казались черными в свете стоящего на моем столе канделябра. — Воспримут все это именно так! Отродья — среди нормальных людей! Вот же уроды!
— Мел…
— Что?! Давай, скажи, что я неправа! Какой у тебя план? Просто выстроить нас в ряд — и заставить жонглировать яблоками, кувыркаться — или что там еще делают в цирке уроды или медведи?
Я окончательно перестала понимать, что происходит.
Кажется, Мелисса была единственной из детей, кому моя идея с ярмаркой понравилась. Или нет? Она передумала?..
— А что ты предлагаешь? — осторожно спросила я.
На лице Мелиссы появилось удовлетворенное выражение."
"— Нам нужно шоу! Драматургия! Спектакль! Нам нужен катарсис! Как ты не понимаешь? Нельзя просто так выйти на сцену — и ждать, что зритель тебя полюбит! Тем более скептически настроенный!
Оу.
С драматургией я сталкивалась только в рамках утренника для четырехлеток, где Баба Яга крадет подарки и Новый год под угрозой срыва. Иными словами, совершенно в этом не разбиралась.
— А ты знаешь что-то об этом?! — осторожно спросила я. Кажется, я поняла, к чему она клонит.
— Конечно! Законы драмы, целая жизнь на сцене — как об этом можно не знать?! Моя мама — знаменитая актриса, отец — режиссер, известный на все королевство, я все детство провела в театре и однажды тоже стану… тоже… стану.
..
Мелисса осеклась, а меня больно резануло это “все детство”, сказанное вскользь двенадцатилетней девочкой, как и то, что она “готовилась”. Готовилась стать похожей на маму? А потом на этом пришлось поставить крест? Из-за ее дара?
Она поджала губы и отвернулась. Вытерла что-то с лица.
