— О каком бардаке вы говорите? Дом ремонтируется и…
— При чем здесь дом? В приюте нет ни капли дисциплины, дети делают, что хотят, а вы даже не пытаетесь их воспитывать. Возможно, быть управляющей — это не ваше, а, Иви? — он произнес мое вымышленное имя насмешливо.
— И как же, — процедила я, стискивая до боли в пальцах край стола, — должна себя вести управляющая? По вашему мнению?
— По моему мнению, — веско уронил генерал Реннер, наклоняясь вперед, — неблагих детей не стоит путать с обычными. Они другие. Они злее, несдержаннее, глупее и опаснее.
Неблагим детям нужна жесткая рука, чтобы они не причинили вреда ни себе, ни другим. Они больше других склонны к вредному поведению, и задача управляющей приютом — привить им дисциплину, уважение к обществу и страх.
— Страх?
— Да. Это единственный способ держать их под контролем. Попустительству здесь не место. А вы занимаетесь ерундой — и рано или поздно это выйдет боком вам, детям и мирным людям. Не слишком ли вы заигрались, а? Иви? Вам совсем плевать в то, что вы втянули столько детей в ваши… эксперименты? Хотите избавиться от этого? Обменять на что-то? Может, поторговаться? Об этом вы хотели поговорить?
Мне показалось, что еще немного — и под моей рукой треснет стол.
Ладно. Включим голову. Как видит ситуацию генерал Реннер? Его ветреная женушка, которая каким-то образом едва не угробила малыша Вика, вместо того, чтобы тихо-мирно отправиться в монастырь, сбежала, взяла себе другое имя и возомнила себя управляющей приютом.
Так, я ничего не упустила? Ничего. С его точки зрения логично предположить, что Ивари захочет сбежать из этой дыры, снять с себя обязанности управляющей и попытается всеми правдами и неправдами вернуться в столицу. Логично так же, что она понятия не имеет, как иметь дело с неблагими (считай, проблемными) детьми.
Я бы могла понять его скептицизм, но у меня не было времени на дискуссии. Да и разве генерал Реннер меня послушает? Кто я для него такая? Хорошенькая пустышка?
“Они злее, несдержаннее, глупее и опаснее"".
Ему не место в этом доме. Я хотела создать для детей безопасное место, где они могли бы чувствовать, что их любят! Взяла бы я иначе в воспитатели безалаберного, но обожающего воспитанников Юджина?
— Благодарю за ваше мнение, — произнесла я, вставая, — я обязательно его обдумаю. Я в ближайшее время не собираюсь менять работу, но спасибо за предложение. Вижу, вы уже оправились от ран. В таком случае — прошу вас покинуть этот дом.
