Оставалось только идти к мэру Освальду и… решать по обстоятельствам. Спать я с ним уж точно не собиралась! Пусть только попробует руки распускать! Но плана, как этого избежать и получить причитающиеся деньги, у меня не было.
Ночью разразилась гроза, да такая лютая, что я боялась, как бы крышу не снесло. Дети тоже боялись — так что мы все сидели в детской, играя и болтая при свете керосиновых ламп.
В раскатах грома мне слышался то рык, то грохот, не похожий на грозу, то во вспышках молнии виделись всполохи пламени.
— Великие драконы дерутся, — сказала няня Урсула. — Так всегда про грозу говорят.
Метка горела огнем.
Я то и дело подходила к окну, вздрагивая от неясного беспокойства и одергивала себя.
Нет там в небе никаких силуэтов драконов! Это только тучи! А генерал Реннер не идет из головы, потому что я дурочка!"
"К утру все успокоилось, хотя я глаз не могла сомкнуть. Мы с детьми собирались пойти за ягодами, но соваться в лес после такого дождя было бы глупостью, так что я просто разрешила им побегать у особняка босиком: было достаточно тепло.
А некоторые даже смогли полетать.
Сама я сидела на крыльце, сходя с ума от непонятного беспокойства. Все внутри тянуло и болело, метка как будто горела прямо на моей руке.
Что происходит?
— Иви! Иви! — с криками бросился ко мне Дерек, прихрамывая на одну не до конца обратившуюся ногу-лапку. — Иви!
— Закутайся в одеяло, — привычно скомандовала я, протягивая ему плед. — Неприлично бегать голышом.
Где твоя одежда?
— Там! Там! Там человек!
Что?
— Пойдем!
Дерек, схватив меня за руку, потащил вперед — я едва успела накинуть ему на плечи плед.
Остальные дети собрались у покосившейся металлической изгороди рассматривали что-то, лежащее на траве. Рядом стоял Юджин.
— Леди! — воскликнул он, обернувшись. Лицо его было бледным. — Леди, тут!
Сходя с ума от нехороших предчувствий, я подошла ближе и с криком отшатнулась.
В мокрой высокой траве лежал генерал Реннер. Костюм был изодран в клочья, на лице и на груди — глубокие царапины, кровь на ткани.
Темные волосы окружали голову, как ореол, высокий лоб был открыт. Лицо было спокойным, глаза — закрытыми.
Я охнула от боли в метке и присела на корточки. Он… Так мне не показалось: ночью в небе сражались драконы, это была не простая гроза!
Он… Живой? Или... кажется, без сознания.
Я потянулась к генералу Реннеру — и тут он открыл глаза, а потом цепко схватил меня за руку.
