— Как оказалось, — продолжала мама. — Его звали Рахман Шаркизов. Он довёз меня до общежития института, и как позже выяснилось, через час знал всю мою подноготную. А на утро, весь институт знал, что отвергнутый однокурсник, решив сбить с меня спесь, представился сутенёром хорошо подвыпившим мужикам, и предложил им меня. А потом заявил, мол, девка артачится, его партнёров ""девка с гонором"" устроила, они заплатили ему денег, а меня ждал кошмар, если бы не Рахман, решивший почему-то вмешаться. Как он позднее объяснил, шалавы ломаются, набивая цену, а не вырываются так отчаянно.
Однокурсника моментально отчислили из института. Да ещё и последствия для всех были плачевными. Каким-то образом, в милиции оказалось моё заявление о попытке изнасилования и принуждение к занятию проституцией.
Начались хождения родственников, мам, пап и жён. Родители однокурсника удивлялись, мол, мальчик просто же пошутил, зачем же ломать ему жизнь судимостью? Придя в кабинет следователя, я молча переписала заявление своей рукой и забирать, и уж тем более говорить, что я его не подавала, я не стала.
Однажды после лекций меня поймала жена одного из той компании и начала просить, чтобы я пожалела, её мужа.
— А ваш муж меня пожалел? Послушал, когда я просила? Своё место он заслужил и не смейте меня больше беспокоить! Вы хоть понимаете, что он собирался сделать вместе со своими дружками? — разозлилась я.
— Мы денег соберём! Хочешь денег? Ходишь же вон в осенних ботиночках и рваном пальто! — попыталась подкупить меня эта баба.
Пальто было тем же самым, что и в тот вечер, но я его аккуратно зашила.
— Да вы с ума сошли? — возмутилась я.
— Пошла вон! — прозвучало тихо, но таким тоном, что женщину мигом унесло с моих глаз.
— Спасибо. И за то, что тогда помогли, и за заявление. Я не знала, что можно обратиться и не додумалась бы. — Поблагодарила я, обернувшись. Своего спасителя я узнала по голосу.
— Чтоб баба и признавала, что она не знает, и не додумалась бы? Это что-то новое в моём мире.
— Засмеялся Рахман. — Поедем, спасу тебя ещё и от насморка. А то эта дура права.
Потом он стал появляться регулярно, раз в месяц, может два. На лето я никуда не уезжала, а подрабатывала в институте, в ремонтной бригаде, красила окна, отмывала стены. В общем, меня всегда можно было найти на одном и том же месте. Мы просто разговаривали, пару раз ездили в нормальные рестораны, где никаких инцидентов не случалось.
