Почти сразу дверь в ванную распахнулась, ударившись о стенку. Тайгир влетел в ванну с бешеными глазами, явно выискивая причину моих слёз. Я постаралась побыстрее натянуть свободную футболку, чтобы скрыть от него спину, но только запуталась в ней, пытаясь вывернуть на лицо.
Именно этим я себя, похоже, и выдала.
— Ты увидела, — даже не вопрос. — Ксан, ну чего ты? Мы же всё исправим.
— Наверное, — всхлипываю я. — Но это выглядит отвратительно. Это… У меня на спине филиал морды Франкенштейна! На это невозможно смотреть не содрогаясь.
Отдельные всхлипы перерастают в рыдания, которые я глушу, уткнувшись в мужскую грудь. Но поплакать мне не дают. Тайгир отрывает меня от себя и резко разворачивает к зеркалу.
— Посмотри на себя, Оксана! — жёстко, приказным тоном говорит он. — Что ты видишь? А хочешь, я расскажу тебе, что вижу я?
А голос становится мягким, вкрадчивым, я киваю, даже не осознавая, что соглашаюсь.
— Я вижу дерзкую, самоуверенную красавицу, не признающую никаких хозяев и авторитетов, живущую по своим понятиям правильного и достойного.
Именно такой я увидел тебя в тот вечер, когда к своему счастью, не соблюдал правила. — Его шёпот мешается с быстрыми поцелуями. Шея, плечи, висок, скулы просто под градом быстрых прикосновений его губ. — Я вижу, неимоверно желанную женщину, одно появление которой, разжигает настоящую, неутолимую жажду, желание, что сводит с ума и превращает в покорного зверя. Я вижу женщину, на которую я готов смотреть вечно, не отводя взгляда, не выпуская из рук.
Женщину, достойную того, чтобы ждать её целую жизнь. И это ты! И ничто в этом мире не способно этого изменить. Ни раны, ни время, ни возраст. Говоришь, что невозможно смотреть не содрогаясь?
Он одним движением опускается на колени за моей спиной, и я чувствую прикосновение горячих губ на пояснице.
— Тайгир… — пытаюсь остановить его и прекратить это, но слышу в ответ только предупреждающий рык.
А сам он проводит языком по моей коже. От неожиданного ощущения я вскрикиваю, но вырваться мне не дают сильно сжавшие мои бёдра руки.
— Тайгир, — плавлюсь я под этой, почему-то сейчас кажущейся безумно острой и откровенной лаской.
А в ответ только тихий смех, и его руки теперь полностью обвивают мои ноги от колен и выше.
— Тайгир! — взвизгиваю я, когда он кусает меня за задницу.
— Как давно я этого хотел! — смеётся он, пока я стою и натираю место укуса.
— А по шее ты не хотел? — разворачиваюсь я, стоит ему меня выпустить из своих объятий.
