Вокруг нас разложены листы бумаги, Тайгир принёс увеличенный план дома. Мы спорим, соглашаемся, обсуждаем и снова спорим. И оба откровенно наслаждаемся происходящим. Обсуждать будущую обстановку нашего дома, решать даже мелкие вопросы, касающиеся цвета занавесок, оказывается очень весело и интересно.
— Карту, наконец, возьми. Дом почти пустой, а тебе нужно одежду купить, всякие мелочи. — Перечисляет Тайгир. — Кухонные всякие вещи. Тут я сам не знаю, что нужно.
— А я прям знаю. — Задумалась я.
— Да не ломай голову! Возьмёшь с собой сестёр.
Дома всё равно нечего сидеть. Охрана при вас будет. — Предлагает мне заняться хозяйством он. — Что такое?
— Не хочу сюда никого пускать. — Нехотя признаюсь я. — Нет девчонки классные, и мне с ними хорошо. Но хочется, чтобы это место было… Точнее, не превращалось в общежитие!
— Злюка моя! — даже не смеётся, а буквально урчит Тайгир. — Это на время. И гости же всё равно у нас будут! А так это наш дом. Нора для нас двоих.
— Я вредничаю, да? — утыкаюсь ему в плечо.
— Неет, ты с первого шага, посчитала этот дом своим. Это очень правильное ощущение. И у меня так же. Я же не вредничаю? — гладит он меня по голове.
— Конечно, нет. Это же твой дом. — Поднимаю глаза на него.
— Наш, Злюка, наш. — Отвечает он мне перед тем, как начать целовать.
После ужина, пока Тайгир вышел проверить охрану, я поднялась наверх. Одна из немногих обставленных комнат, это спальня. В любимых Тайгиром зелёных и тёмно-коричневых цветах. Но меня интересует ванная.
Во время осмотра я видела там большое ростовое зеркало на одной из стен."
"В больнице у Боярова я так и не смогла посмотреть и оценить результаты зверства Кадера. А сейчас скинула футболку, брюки и так сидели на бёдрах, и повернулась спиной к зеркалу. Убрала волосы на грудь и, несколько раз вдохнув, оглянулась через плечо.
И почти тут же зажала себе рот кулаком. Я примерно понимала, что будет мало красивая картина. Слова описания действий врачей с операционной карты для меня не были пустым звуком.
И объём работы, которую проделали в центре, был огромен. Но длинные, иссиня-бордовые рубцы, спайки на коже, бугристые шрамы…
Нижняя часть спины напоминала перепаханное поле с натянутой заплаткой кожи на пояснице. То, что я видела, было уродливо и омерзительно, и хотя я знала, что сейчас только начало пути, что ткани только прижились, что впереди долгий период реабилитации и процедур, я не смогла сдержать рвущихся наружу всхлипов.
