– Легенду о семейных сокровищах и телефон, – сказала Тонечка, – еще одного родственника. Может, ему есть дело до смерти Лидии Ивановны.
– Что-то я сомневаюсь, – заметила Саша. – Человеку с именем Фабиан доверять нельзя.
– Может, он прекрасный!
– Все равно нельзя, – продолжала та. – И я так и не поняла, что с ним такое? С ним же что-то не так!
– Настолько не так, что лучше б в тюрьме сидел, – задумчиво поддержала Тонечка.
– Кто сидел?! – обрадовался Коля. – У меня батя сидит! Ну, отчим то есть! Батя-то помер давно.
– И почему он в бухте, я тоже не поняла, – призналась Тонечка, пропустив мимо ушей про батю-сидельца. – Может, он рыбак? Или матрос на судне? И где эта бухта, тоже непонятно.
– Какая бухта? Я тут все бухты знаю! – Коля энергично выкрутил руль. – По платке поедем или задарма? По платке в нашу сторону быстрее будет!
– А сколько стоит по платной дороге?
– До нас шестьдесят рублей.
Саша и Тонечка посмотрели друг на друга, и Тонечка махнула рукой:
– Гулять так гулять! Поедем по платной! Коль, а правда, может, ты знаешь, где какая-то «Капитанская бухта»?
– Знаю, чего там не знать-то! Это на Орше, хорошее такое место, только там нет ничего.
– В смысле? – спросила Тонечка.
– Да без всякого смыслу, – честно ответил Коля. – Ничего нету там. Когда-то хотели поселок ставить, коттеджи, причалы, все дела. На Орше, говорю же!.. А потом этот, кто землю выкупил, то ли разорился, то ли помер, то ли вообще за границу смотался и все бросил.
– И… что там теперь? – поторопила Саша.
Коля оглянулся на нее:
– Да сказано же, ничего там нету! Забор есть, участок огораживает! А участок гектаров двадцать, если не больше! И сторожка вроде.
– Должно быть, Фабиан там сторожем. – Саша подумала немного. – Нам нужно все же до него дозвониться.
– А если у него телефон в принципе не работает?
– Значит, мы съездим в эту сторожку, – отчеканила Саша. – Доведем дело до конца. Она меня разозлила.
– Натали? – уточнила Тонечка, хотя в этом не было никакой необходимости.
– Я не люблю… ужимок и прыжков, – продолжила Саша, и тонкие ноздри ее раздулись. – Нет, я сама умею давать любые гастроли, но по делу! А когда вот так, ужимки ради ужимок, терпеть не могу! И Лидию Ивановну мне жаль. Она этой твари деньги переводила, хотя у нее явно лишних не было!..
– Натали не тварь, – сказала Тонечка задумчиво. – Она актриса. Ты просто никогда не имела с ними дел.
