Ты бы спугнул ее…
- Ты о чувствах аферистки заботишься больше, чем о нашем имуществе? – возмущение и шок борются в душе за пальму первенства. – Она доставила нам слишком много проблем, чтобы я ее жалел! Где она?"
"- Здесь, - короткий ответ как выстрел. – Это Лера… Леся. Нянька Аленушки. И твоя тайная жена. Не нервничай, у меня есть план, как аккуратно от нее избавиться и ни копейки при этом не потерять…
* * *План отца летит к чертям.
Импульсивно сжимаю лгунью крепче в своих руках. Она ойкает, морщится и ерзает подо мной.
Наказываю ее поцелуями. За каждое невысказанное слово, за каждую колкую шутку, за каждое проглоченное признание… Выкручивалась и извивалась, как змейка на раскаленном камне, все время уползти от меня норовила. Но теперь точно не отпущу!
Муж-импотент без прописки дорвался до своей фиктивной жены. «Урод старый, но красивый», которому Лерочка была верна все эти дни и для кого так трепетно хранила невинность, забрал то, что принадлежит ему по закону. И уж точно не собирается отдавать никому официальную супругу.
- Моя… - хрипло выдыхаю ей в шею и вбираю носом сладкий запах.
«Жена», - проносится в мыслях окончание фразы. Но я жду, когда Лера сама признается. Давлю в себе эмоции. Хотя стоит лишь вспомнить о ее побеге из ЗАГСа, о моих безумных поисках аферистки, пока она была у меня под боком и сырниками кормила, о наших нелепых разговорах, которые только сейчас обретают смысл…
Опять хочу ее. Придушить или залюбить по потери пульса – все никак не могу решить. Леру спасло только то, что… она преданно любит своего мужа.
Не раз защищала его… от меня же. Тьху, какой бред!
Злюсь за то, что девочка продолжает упорно молчать. Скрывает правду после всего, что случилось между нами. Отцу доверяет больше, чем мне. Боится меня? Разве я ей повод давал?
Любезен, галантен и добр, как никогда. Лишь бы не спугнуть. С чего бы ей меня опасаться?
Лера выбирается из моих объятий, тянется к мужской футболке, стыдливо прикрывается ею, прижимая грубый хлопок к нежной обнаженной коже.
И я взрываюсь. Скидываю с себя рубашку и бросаю моей девочке. Выхватываю гадскую тряпку из ее рук, сминаю и под тонкий вскрик распахиваю окно шире. Запускаю вещь чужого мужика нахрен и с удовлетворением наблюдаю, как она улетает в кусты.
Джентльмен – мое второе имя. Первое – ревнивый идиот.
- Дурак вы, Альберт Ильич, - произносит Лера на удивление спокойно, когда я возвращаюсь к постели. Видимо, привыкает жена к моей перманентной неадекватности.
