А у благородного Альберта свой путь.
Уверена, он прогнал бы меня сразу же, как только заподозрил во лжи, однако… рискую уточнить:
- Что Аленка вам рассказала обо мне? – выдыхаю и тут же закашливаюсь.
Рука на моей шее чуть сжимается, пальцы врезаются в нежную кожу, но хватка мгновенно ослабляется. Ладонь сползает к широкому вороту футболки, спускает его с плеча. Алик легким поцелуем в ключицу дезориентирует меня, а после смотрит на меня исподлобья.
- Кроме того, что тебя зовут Валерия? – изгибает бровь, а я киваю едва заметно.
– Ну да, Аленка знатно потрудилась над твоим паспортом. Прописку разрисовала, штамп, имя мужа, - специально выдерживает паузу, словно мучает меня. – Но обо всем этом мне Аленушка ничего не говорила, - как-то странно акцентирует на имени сестры. – Она не устает нахваливать тебя. Твердит мне, какая ты красивая, добрая, заботливая… - перечисляет качества, которые явно не мне принадлежат.
- Обычная я, ничем не примечательная. Как все, - бубню смущенно. Однако теплые слова мужа и ласковый рокот вгоняют меня в краску.
– Аленка убеждена, что ты единственная, - подбирает странный эпитет. - А у вас какие-то секреты с моей сестрой? – прищуривается неожиданно, вызывая у меня нервный смешок.
- Я же задаю вопросы, Альберт Ильич, а вы отвечаете, - выкручиваюсь молниеносно. – И у меня последняя попытка.
- Согласен, - обнимает меня, вышибая воздух из легких. – Что ты еще хочешь знать? – ведет своим носом по моему.
Невозможно собрать воедино мысли, танцующие микс канкана и румбы в моей многострадальной голове.
Поэтому вместо них следующий вопрос предлагают чувства.
- Вы правда… влюбились? – едва выжимаю из себя и не слышу собственного голоса из-за гулко барабанящего сердца в груди. - В меня… - на всякий случай уточняю.
- Правда, - бросает коротко, тихо и бархатно. Умолкает на пару секунд, лаская меня взглядом. А мне так хочется верить ему. - Не спрашивай, как и почему. Ты несносная девчонка, и мы абсолютно друг другу не подходим.
- Ну да, конечно, - фыркаю обиженно.
– Вы такой богатый и важный. Куда мне до вас…
- Или мне до тебя, малышка… И твое «выканье» меня убивает, если честно. Как будто через высоченный забор пытаюсь перелезть, чтобы к тебе подступиться, но стоит мне забраться наверх, как ты возводишь еще один ряд камней.
Хочу съязвить по привычке. О том, что в его возрасте карабкаться через заборы вредно. Но осекаюсь, осознав, что Альберт – самый обворожительный «старик» на свете.
